Под маской, или Страшилка в академии магии

— А ничего, что в нашем мире магии нет? — я уже не знала, что и думать, поглядывая по сторонам и примеряясь, куда бы рвануть в следующий момент.

Однако прозвучавшие следом слова меня огорошили настолько, что я застыла на месте:

— Все верно. В вашем мире нет, а в нашем есть. Хотите посмотреть?

Из моего горла сам собой вырвался нервный смешок, а потом до меня, наконец, начало доходить: это розыгрыш! Вон как девчонки на нас хитро поглядывают и посмеиваются! Только уж больно жестокий розыгрыш. Так с подругами не поступают.

«Хотите, значит, надо мной посмеяться? Что ж, еще посмотрим, кто посмеется последним!»

— А хочу! Где там ваш портал? Или как вы там меня в свой мир доставлять собираетесь? Только учтите: ни в какие подворотни я с вами не пойду. Так что предоставляйте портал прямо сюда.

Мужчина явно обрадовался моей сговорчивости и засуетился, доставая что-то из кармана. Мне даже интересно стало, что он там достанет из своих широких штанин.

— Вы готовы? — деловито спросил мужчина.

Я округлила глаза в притворном удивлении:

— А ничего, что вокруг нас люди? Что они скажут, когда увидят портал?

Мужчина пожал плечами:

— В немагических мирах с этим просто: уже через несколько минут их мозг сам придумает, как правдоподобно и без ущерба для их психики объяснить то, что они увидят.

…и что-то провернул в своих часах.

Выраставший прямо передо мной мерцающий овал заставил мой мозг лихорадочно искать правдоподобные объяснения аномалии, но ничего внятного, кроме того, что я сошла с ума, так и не придумал. А оказавшийся прямо за спиной мужчина мягко, но настойчиво подтолкнул меня вперед.

— А? Не-е-ет! Нет-нет-нет-нет! — пришла я в себя и попыталась отойти подальше от непонятного овала.

Но хватка мужчины на моей талии внезапно стала стальной.

— Вы уже дали свое согласие на переход, лейра Спицына, — он с неожиданной силой втолкнул меня в непонятное марево и шагнул следом.

На миг перед глазами все завертелось, я почувствовала, что кувырком падаю в неизвестность. Захотела закричать, но изо рта не вылетело ни звука, не хватало воздуха, но вдохнуть оказалось нечего. А потом мои ноги вдруг почувствовали под собой опору, и, не устояв, я упала, делая глубокий судорожный вдох.