Добыча Дракона, или Жена поневоле

Я сглотнула ком в горле. Обязательно было напоминать, что жить мне осталось недолго? Фейсал явно упивается моим страхом. Как же я его ненавижу! Словами не передать…

— Могу я попросить, чтобы мы остались наедине? Умоляю, избавь меня от позора в последние минуты жизни.

Я ожидала ответа, не дыша. От него в прямом смысле зависела моя жизнь.

Фейсал колебался недолго, а потом кивнул прислужнику:

— Ступай, дальше я сам.

Тот не спорил. Поклонился и вышел. Хорошо же Фейсал выдрессировал своего беса. Он даже рта лишний раз не открывает.

Я осторожно выдохнула, глядя на то, как закрывается дверь за спиной прислужника. Сработало! Тщеславие Фейсала сыграло против него.

Итак, мы остались одни. Двое убийц на одном ринге. Один из нас сегодня умрет. Вопрос в том, кто.

Глава 13. Кто-то должен умереть

Фейсал направился ко мне. Благодаря бодрящему зелью его походка была тверда. Относительно. Его все еще немного пошатывало, но до зелья он даже стоять самостоятельно не мог.

Я замерла на месте, ожидая, когда он приблизится.

Вот он остановился напротив меня. Высокий. Чтобы видеть его лицо, пришлось запрокинуть голову.

Ох, зря я это сделала. Ведь так я заглянула Фейсалу в глаза. Сейчас они не были выцветшими, как в нашу первую встречу. То ли зелье вернуло им яркость, то ли предвкушение скорого воссоединения с душой.

Огненные, такие же, как у Агэлара. Он наверняка наследовал цвет зрачков от отца. Пылающая преисподняя – вот, что я увидела в глазах Фейсала, и она взывала ко мне.

Я смотрела и не могла отвернуться. Моргнуть, чтобы разорвать эту связь взглядов, и то не получалось, как я ни старалась.

Выручил сам Фейсал – наклонился ко мне, убрал распущенные волосы с плеч и поцеловал в шею. Едва его губы коснулись кожи, что-то произошло. Как тогда, в тронном зале.

Меня будто вытолкнули из собственного тела, и теперь я наблюдала за собой со стороны. В видении цвета были ярче, но какие-то размытые. Мы по-прежнему находились в спальне, только Фейсал выглядел лет на тридцать моложе. Он так же целовал меня в шею и шептал что-то, а я благосклонно принимала его ласки.

Видеть себя со стороны было странно, а не контролировать собственное тело еще и жутко.