Мгновения до бури 4. Поколение бесстрашных

Постоянно пытаясь сосчитать часы между кормежкой, я каждый раз сбивалась, невольно проваливаясь от усталости в полудрему. Больший отдых я не могла себе позволить. Несмотря на то, что камера больше не кишела михрендиями, а надзиратели перестали придумывать все новые пытки день ото дня, мне все равно было трудно расслабиться и снять барьер. Когда меня оставили в покое, стало только хуже.

Я то и дело вздрагивала от шорохов под дверью, пока не поймала себя на мысли, что начинаю сходить с ума. Еле уловимые шаги или даже чье-то дыхание мне мерещилось совсем рядом, уже внутри камеры.

- Хватит! – не выдержала я в какой-то момент и вскочила на ноги. – Покажись! Я знаю, что ты здесь!

Укрепив вторую кожу, я бросилась к противоположной стене, от нее к соседней и снова назад. Нервы сдавали, и я кричала от безысходности, пыталась найти невидимку, которого незаметно приставили ждать, когда я усну и отпущу барьер. Но камера была пуста. Или казалась пустой в этой беспросветной Тьме. Я снова обессилено падала на холодный пол, обхватывая голову руками.

Но жуткий менталист с кристаллами вместо глаз убит. Я собственными глазами видела, как Джошуа Абрамс отрубил ему голову. Как десятки хранителей сражались на центральной площади Эстера. И, наверное, победили. Я догадалась об этом во время разговора с Равеном, но время шло, а за мной так никто и не приходил. Ни стражи, ни шпионы Абрамса. Ни друзья, ни правители, никто.

Стоящий в воздухе смрад снова скручивал внутренности в болезненном спазме. А влажная от грязи и пота форма хранителя терзала воспаленную кожу. В такие моменты моя завеса становилась такой тонкой, казалось, мне ничего не стоит снять ее и избавиться от этой ноющей боли в висках.

Но раз за разом дрожащие пальцы непроизвольно сжимали плетеное, словно ветви дерева, кольцо с маленьким камушком.

- Что бы ни случилось дальше, ты должна знать, что я люблю тебя и всегда рядом с тобой.

Горячие слезы тут же обжигали щеки, напоминая, что я не придумала все это, а голос Дина, может, и был сейчас плодом моего помутненного воображения, но слышался также четко, как и тогда... Когда мой мир наполняли удивительные орхидеи, беззаботный смех однокурсников и терпкий аромат свежего кофе из «Золотой рыбки» между лекциями.

- Нет, только не это, - устало протянула я, когда начала накрывать очередная галлюцинация.