Властители льдов - 1

   Дворик оказался весьма чистым и уютным. Недалеко от дома, была небольшая пристройка, которая, судя по всему, имела назначение конюшни.

   - Тогда, ты не против, если я побуду на конюшне, пока ты будешь с ними говорить?

   - Если ты так хочешь? - пожал он плечами, направляясь к дому.

   Я же в свою очередь отправилась в сторону деревянного строения, надеясь увидеть там моего Осла. Уж очень я переживала, как он перенес все те тяготы, что выпали на его долю.

   Стоило переступить порог постройки, как меня окутал запах сена, и стоящих в стойлах лошадей.

Здесь было ощутимо теплее, чем на улице. Лошади чуть слышно всхрапывали, принюхиваясь и прислушиваясь к окружающей их обстановке. Возможно, они чувствовали то, что в конюшне появился кто-то ещё, хотя я и старалась ступать бесшумно, чтобы ненароком никого из них не напугать. Само строение погрузилось в густой полумрак уже с наступлением сумерек, лишь из самого дальнего угла, лился теплый оранжевый свет, источаемый масляной лампой.

   - Знаешь, - тихий мужской голос, разрезал окружающее пространство, заставив меня остановиться и прислушаться. Мужчина говорил по-аирски, но с ощутимым акцентом. Конечно, я узнала обладателя голоса, да и как его было не узнать, если в свете лампы, так отчетливо виднелась его рыжая шевелюра.

   - Я говорю с тобой на твоем родном языке, потому что боюсь, что ты не поймешь меня иначе.

   Заинтересованно замерев совсем рядом с Кельмом, старалась даже дышать через раз, чтобы понять, чем он тут занимается и не быть раскрытой раньше времени.

   - Мне так жаль, - его плечи как-то сразу поникли, а голова опустилась ещё ниже. - Хоть ты и урод, но тоже, наверное, переживаешь, что она умерла.

   'Веский довод', подумала про себя, но вступать с радостным воплем 'вот, она я!' пока не спешила.

   - Я забрал тебя к себе и теперь буду заботиться о тебе, понимаешь? - в ответ Осел активно запыхтел, должно быть, учуяв мой запах, и окончательно разволновавшись начал нетерпеливо 'икать' переступая с ноги на ногу.

   - Ну, знаешь, ты мне тоже не особо нравишься, - по-своему истолковав поведение животного, буркнул Кельм. - Но, я намерен постараться любить тебя, несмотря на то, что ты редкостная страшила и, в целом, бестолковая и бесполезная скотина, я буду заботиться о тебе в память о ней. Но, - вскинув указательный палец вверх, сказал он.