Проклятая фея. Ложь на свету

– Я буду очень скучать, – ответила и улыбнулась.

– И я, мое ты маленькое счастье. Уверен, скоро увидимся.

Обняв меня еще раз, дедушка попрощался и с остальными. После, в сопровождении папы и Рантора покинул гостиную.

– Чудесный праздник, – выдохнула Рина и обняла меня. С другой стороны пристроилась Моника, – Столько событий, – продолжила сестричка.

Демоны вернулись быстро. Мы все вновь расселись по диванам и креслам. Потек неспешный разговор. Не прошло и нескольких минут, как папа нахмурился и достал из кармана зеркало-связь.

– Рантор, Кронт, Рил, Кентар, быстро за мной! Валатиен, нам нужна твоя помощь!

– Что случилось?! – испуганно спросила я.

Конечно же, на этот вопрос никто не ответил.

Глава 8

Рантор Шассирт

– Что? – крикнул я, едва не врезаясь на повороте в спешащего к нам Арида.

– Я сам не понял, но голос у Сата был очень нервным. Нужно идти к нему.

– Ааритан? – рыкнул Рил.

– Все возможно, – кивнул наш лидер.

– Почему мы просто не можем переместиться? – спросил Валатиен.

– Наше перемещение могут засечь на границе, если пойдем личным переходом. Портальный зал защищен от подобного. Идемте, – ответил Арид.

Сатариэль, бледный и напряженный, встретил нас в главном холле. Это был второй раз, когда я посещал этот дом. Первый был еще до рождения Ланы. Не особо что-либо изменилось. Никого. Свет потушен. Лишь ночное светило рассеивало полумрак.

– Магию не используйте.

– Сат, что стряслось? – напряженно спросил я.

– Ребят, – нервный смешок, – вы не поверите, но меня убили.

Наш пораженный выдох был очень слаженным.

– Не понял. Как тогда…, – пробормотал Кронт.

– Иллюзия, – озвучил и мою идею Вал. – Она вышла слишком реальной. Была даже осязаемой.

– Но кто решился на такое? – выдохнул Кентар.

– Сейчас узнаем. Поэтому я и позвал вас. Мне кажется, это Ааритан. Он давно считает меня «костью в горле», но избавиться клятва мешала.

Мы прошли по просторному холлу и свернули в правый коридор. Именно там, в рабочем кабинете мы с Валом и расположили артефакт с иллюзией. Дверь была приоткрыта. В комнате на большом светлом ковре лицом вниз лежал мужчина, спина которого была не просто обожжена, а вовсе обуглена до черноты.