Плюс один

Но у самого входа услышали пение феникса — и оба обернулись. Он словно плакал, но при этом песня была настолько красивой, что я не могу точно сказать — выступили ли у меня слезы от горя или это были слезы восхищения. Феникс кружил в небесах, больше похожий на иллюзию, часть светового шоу, но никак не на живое существо.

Великий Волшебник действительно умер.

Но не он один. Из подземелья принесли труп Беллатрикс Лестрейндж, Поттер убил ее еще в первые секунды вторжения, просто я не заметила этого, потому что была слишком занята страхом и желанием сбежать оттуда.

Над ее трупом долго стоял Невилл Лонгботтом: думаю, ему тоже нужно было осознать, что смерть самого ненавистного человека не повернет время вспять. Я спросила, где Снейп, нас направили в Больничное крыло. Навстречу прошел Руфус Скримджер. Он хотел остановить Поттера, я видела это... но в итоге не решился.

В Больничном крыле было людно. Многие лежали на койках, кто-то сидел рядком по три-четыре человека, ожидая, пока подойдет мадам Помфри или сам Снейп.

Первая залечивала раны, второй снимал последствия проклятий.

— Поттер. Иди поработай, — почти толкнул его в сторону пострадавших Рус. — Раз умеешь проклинать, то и снимать умеешь.

Гарри оглянулся на него недовольно, но действительно пошел. Я, чувствуя свою полную бесполезность, пристроилась около Руса.

— Как ты? — спросила я у брата.

— Как ни странно, жив, хотя Дамблдора убил не я. Разбирался с Ноттом.

— Ноттом? — искренне удивилась я.

— Я подозревал, что Драко кому-то рассказал о своей небольшой проблеме, — сказал Рус, отводя меня чуть в сторонку, — но Нотт... В общем, он собрал исчезательный шкаф. Только не в Выручай-комнате, а в старом хранилище. А еще говорят, что в школе учатся одни дебилы... Поттер заставляет попотеть чемпиона дуэлей, Грейнджер трех Пожирателей в стену закатала, только головы наружу торчат, а Нотт, вообще-то из семьи боевых магов, ремонтирует давно забытый артефакт. Гений на гении сидит и гением погоняет.

— От клятв ты свободен? — уточнила я.

— Не совсем. Защитить школу, убить Волдеморта. Так, сущие мелочи. Но жить буду, уже хорошо.

Тут в больничное крыло внесли Билла Уизли, и я подумала, что некоторые вещи происходят независимо от того, насколько сильно мы с Русом перекроили канон: лицо старшего из братьев было рассечено жуткими царапинами. По крайней мере, сейчас миссис Уизли примет невестку. Главное, живой.

В школе был траур.