Птичка для инквизитора

Только вот здесь она никак оказаться не могла. Хантер заверял, что не приближался к замку, наблюдал с безопасного расстояния.

Гейл еще раз осмотрел запонку, повертел так и этак. Нет, он не ошибся, вот и монограмма. Со временем буквы потускнели, но по-прежнему читались. Выходит, король таки был здесь, но зачем-то соврал брату.

Однако свою находку Гейл до поры оставил в секрете, рассказал лишь о нежданной встрече.

— Мне таки удалось раздобыть ведьму, — с легкой усмешкой поведал Гейл. — Увы, не юную и прекрасную, а старую, сморщенную.

Ведьма шпионила за ним, но в силу своего возраста не смогла вовремя скрыться. Зато она идеально вписывалась в канонический образ колдуньи: космы давно не чесанных волос, кожа как печеное яблоко. Женщина излучала слабость и беспомощность, но Гейл чувствовал пульсировавший внутри старухи дар. При желании она могла убить. Ведьма тоже понимала, кто перед ней, и буравила Гейла полным ненависти взглядом.

— Кто ты?

Старуха дернулась, но сопровождавшие солдаты держали крепко. Не подвел и наспех надетый амагичный ошейник.

— Проклясть — не самое лучшее решение, — укоризненно покачал головой Гейл.

Ответом ему стал плевок. Старухе не хватило слюны, и он не достиг цели.

— Прикажете сразу к нам? — приосанился начальник местного отделения инквизиции.

Перед его мысленным взором забрезжили грандиозные перспективы. Если все правильно преподнести, выйдет раскрытое покушение на члена королевской семьи.

Гейл покачал головой.

Затянутая в перчатку ладонь легла на щеку старухи.

Старуха замерла. Зрачки ее неестественно расширились.

— Ты будешь отвечать на мои вопросы предельно откровенно, — эхом раздавался в ее голове вкрадчивый голос Гейла. — Попытаешься солгать, только сделаешь себе хуже.

Ведьма не ответила, но он почувствовал, она все поняла, поэтому отпустил, разорвал зрительный контакт.

— Итак, кто ты и зачем шпионила за мной?

Старуха судорожно вздохнула. По ее телу пробежали мурашки.

— Я некогда жила неподалеку, выкормила младших детей покойной госпожи.

— Графини Дориан? — на всякий случай уточнил Гейл.

— Графини Джоан Дориан. — Она бросила ему имя в лицо, словно вызов. — Светлая ей память!

— Да как ты смеешь!

В порыве праведного гнева солдат замахнулся на нечестивицу, но Гейл перехватил и отвел его руку.

— Продолжай!

— Вам и без меня все известно, — осклабилась ведьма.