Птичка для инквизитора

Поведение брата рождало море вопросов, но до поры он оставил их при себе.

«Всего лишь девчонка!» — попытался успокоить себя Хантер. Женщина точно ни на что претендовать не может.

— Ее, так ее. Народ соскучился по развлечениям. Обвините девицу в падеже скота, смерти грудных младенцев и сожгите на главной площади городка… Где там она прячется, там и сожгите. Не нужно зря тащить в столицу.

— Ты уверен? — прищурился Гейл. — Если ее родители планировали…

— От них даже пепла не осталось, кого ты предлагаешь судить? — рассмеялся Хантер.

Гейл спрятал улыбку в уголках губ. Несмотря на браваду, пару минут назад брат поступил именно так, как говорил — испугался малышки Дориан. Да и сейчас она вызывала тревогу, подспудную, но все же. Брат прав, независимо от того, что случилось в замке Квик, она представляла опасность.

— Лично займусь, — пообещал Гейл. — Что-нибудь еще?

Хантер покачал головой.

— Разве только еще раз подумай над кандидатурой Сесиль Гентебергской. Лучше ее ты вряд ли найдешь.

— Подумаю, — без особого энтузиазма кивнул Гейл и, чиркнув каблуками охотничьих сапог, столь неуместных во дворце, удалился.

Убедившись, что брат не вернется, Хантер запер дверь изнутри. Не хватало еще, чтобы в самый неподходящий момент заглянул секретарь или прорвался через кордоны нетерпеливый посетитель или неуемный министр!

— Вздумалось ему тоже приставать ко мне с чепухой! — пробормотал король и, прислушавшись, опустился на корточки.

Хочешь устроить тайник, выбери самое неожиданное место.

Приподняв кресло, Хантер медленно, бесшумно опрокинул его на пол и отвинтил одну из ножек. Внутри оказалась полость, довольная для того, чтобы спрятать свернутый трубочкой пергамент.

Вздрагивая от каждого шороха, король аккуратно расправил рассохшийся от времени документ.

— … а ежели откажется или будет уличен в грехе страшном, перейти трону моему среднему сыну Олафу, — прочитал Хантер выведенные старинной вязью строки.

Придавив пергамент рукой, чтобы тот не скатался обратно в трубочку, он замер, задумался.

— Нет, дружок, полежи пока здесь! — Хантер подушечкой пальца погладил документ. — Ты как раз доказательство моей правоты.