Ее властный жених

— Блейк, я буду ждать письма от тебя.

Клятвенно заверив, что отправлю весточку сразу же, как прибуду, я проводила двух мужчин взглядом. Оставаться и наблюдать за отправлением чешуйчатого отряда те не стали.

Первой усадили Лусиэнь. Конечно, она доверилась исключительно Кингу, держалась за острые шипы и степенно ждала, когда другие наложат на них всевозможные заклинания. Сумки, чемоданы и прочий хлам сложили в несколько повозок. Они прибудут чуть позже, ни один из ящеров не согласился брать поклажу на спину.

А я... Великие боги, я надеялась, что мне позволят лететь со мной, но в этом вопросе господин Рей был непреклонен.

— Нет, Блейк, потерпи, — пояснил он свое решение. — Как долетим до Вудфейра, там обратишься в драконицу.

Услышав название магического леса на границе между Сантиором и Рэйвенаром, я воодушевилась и, кажется, начала догадываться, о каком именно месте упоминал вчера Стоун.

Перебросив взятую сумку с самым необходимым, смирившись с приказом, взобралась на услужливо подставленное крыло.

Теперь вместо дознавателя на меня с любопытством поглядывала его ипостась — Сэнфорд. Его и Бриаллина почувствовала, заметалась внутри, требуя поскорее отпустить ее.

Дракон взлетел. За несколько секунд набрал высоту, вызывая у меня непривычный восторг.

Мое лицо обдувал порывистый ветер, волосы, небрежно собранные на затылке, тотчас распустились, дрожала каждая часть тела. Но не от холода... от прикосновения с чешуей я ощущала небывалое тепло.

Я дрожала, осознав, что мой полет может значить для Стоуна.

Давным-давно Конор предупреждал нас, что другие драконы воспринимают полет словно что-то сакральное, важное. Они даже раненого не любят брать на спину. Парень нас катал по доброте душевной и с намерением досадить старым порядкам. Бунтовал.

Прижимаясь поближе, практически распластавшись, я обнимала шею Сэнфорда. Не могу не признать, насколько он меня впечатлял. Я вроде и насмотрелась на его сородичей, сама превращалась в милую ящерку, но к величественному зверю прониклась.

Летели мы несколько часов. За природой я не следила, потому что боялась, что Бриаллина вновь зашевелится. Ни ей, ни мне не удалось побороть свой главный недостаток — нетерпеливость.

Наконец, перед глазами замаячили горы, а перед ними распростерся огромный, широкий лес. Дракон постепенно начал снижаться, периодически оглядываясь на меня.

Приземлившись, он твердо встал на лапы. Я, к сожалению, не сумела похвастаться девичьей грациозностью.