Ошибка берегини

— Знаешь, я чувствую себя так, будто из обычной жизни вдруг попал в сказку, — в какой-то момент сказал Макс. Они остановились ненадолго в редком сквере, потому что Макс увидел на дереве повязанную белую ленту. Ему захотелось ее сфотографировать, потому что уж больно удачно играл с ней холодный ветер. Макс потянулся за телефоном и…

Ему пришло сообщение с работы. Шефиня в мессенджере требовала прислать снимки, которые он сделал за день, и вот этот контраст между тем, какой ощущалась жизнь еще вчера, и тем, какой она стала сегодня… Макс смотрел на несколько сообщений начальницы и думал, как же так вышло, что он абсолютно ничего не чувствует из-за того, что ему нечего отправить.

— Да, похоже, — согласилась Атка. Она некоторое время спокойно наблюдала за тем, как ветер треплет белую ленту, привязанную к ветке клена. Наконец, она подошла и, потянув за длинный хвост, развязала ее.

— Зачем ты ее развязала? Это же свадебная, — растерялся Макс. Он, конечно, никогда не слышал, чтобы свадебную ленту повязывали на деревья в парке, но мало ли какие традиции в Восаграде? Может, кто-то овдовел и таким образом хотел достойно проводить и попрощаться с любовью к погибшему человеку? Макс придерживался древнего, как мир, суеверного принципа: «Ежели не твое — не трогай», и ему странно было видеть, что такая умная и красивая девушка, как Атка, его нарушает.

— Это свадебная, — безучастно кивнула Атка. — И она твоя.

Макс не поверил. Развернул ленту и увидел, что она подписана, как в последние годы стали делать молодожены, желающие еще большей уникальности для своей церемонии. На одном конце серебряные буквы складывались в его имя «Макс Запольский».

— Это как? — с глупым видом спросил он.

Атка села на садовую лавочку, не заботясь о том, что недавно прошел дождь, и мокрое дерево еще не просохло. Сцепила пальцы в замок и подышала на них.

— Как все-таки странно все одно ко одному складывается, да? Только недавно ты искал белую ленту для свадьбы по обычаю и вот нашел... Будто наперед знал, что в Восаграде тебя ждет свадьба, да?

— Не то слово что странно! — выдохнул Макс, проводя пальцами по серебряным буквам. Совершенно современные буквы, знакомая краска, поди и напечатаны в каком-нибудь фотосалоне за углом. Макс как раз видел за деревьями совершенно характерную красно-белую витрину.