Змеиный крест

- Хочу, чтобы ты знала, - так же тихо сказал Келлан своим согревающим голосом, - пока ты не придешь в себя и сама все не решишь, никто тебя никуда не потащит, даже Син. Я не дам ему. Слышишь?

- Да.

Алана поверила ему, действительно поверила, и ей будто стало легче вдыхать и выдыхать. Она была так благодарна своему спасителю, что, выпутав руки, без смущения обняла его за пояс, спрятав нос на груди. Келлан как-то резко выдохнул, будто она причинила ему боль, и Алана настороженно отшатнулась. Точнее, попыталась отшатнуться: Келлан, лишь ощутив, что она отстраняется, тут же снова прижал ее к себе.

Алана подняла лицо к нему, и он поцеловал ее в висок.

- Тогда просто скажи мне, когда будешь готова, хорошо?

- Хорошо, - отозвалась она, разглядывая его красивое и уже такое родное лицо.

Широко посаженные зеленые глаза под тяжелыми ресницами, прямые брови, некрупные, изгибающиеся в форме лука губы, и, как же она раньше не замечала, тонкий, почти незаметный шрам под левым глазом. Каштановые волосы крупными волнами спадали ему на плечи.

Алана вдруг подумала, что каким бы чуждым ни казался ей мир Приюта, Келлан был своим. Она подняла руку, неспешно пропустила его волосы между пальцами и улыбнулась в ответ на его улыбку.

Келлан приблизил свое лицо к ее так, что их губы почти касались друг друга, и проговорил:

- Ты же понимаешь, как я... - Алана с удовольствием услышала, что его голос сбился. - Если сейчас сюда зайдет Син, он поторопит нас. И будет прав. Все позже, сейчас важно обеспечить твою безопасность.

- Ты тоже считаешь, что мне нужно показаться герцогам и сказать, что я буду учиться в Приюте?

Алана впервые назвала его на «ты», и оба удивленно застыли, привыкая к тому, что что-то между ними поменялось, какая-то очередная стена рухнула, открывая путь близости.

Келлан, вопреки своему призыву перейти к обсуждению важных вопросов, не отрывал взгляда от ее губ, и Алана потянулась наверх, ища поцелуя. Он целовал ее всего несколько мгновений, а потом снова горячо и резко выдохнул, прижимая к себе.

Воздушный кокон совсем распался, теперь Алана чувствовала мягкость тканей его одежды и прохладу рук. Вдруг ей стало очевидно, что он сдерживается, чтобы не продолжить, и она счастливо зажмурилась.

- Келлан, пожалуйста, скажи, что мне стоит делать, - попросила Алана его просто.

- Я верю Сину, - отозвался Келлан. - Как только я ему рассказал о Карионе, он сразу же предложил этот план. Син понимает расстановку сил.