Змеиный крест

Герцог оглядел разномастные лица и убедился, что Аланы на маленьком, полном веселящихся гостей пятачке нет. Тогда он пошел сквозь кружащиеся в танце пары, разрезая толпу, как горячий нож вплавляется в масло, не замечая обращенных в его сторону удивленных и восхищенных взглядов.

«Черный герцог здесь!» - прошептал кто-то за его спиной.

У дальнего окна Даор заметил серое пятно простой одежды Сина и замедлил шаг. Директор Син обернулся, словно почувствовав тяжелый взгляд, и кивнул герцогу. Даор в знак приветствия тоже чуть склонил голову, активируя давно окружавшие его щиты.

За спиной Сина вежливо приподнял бокал ожидавший своей очереди поприветствовать друга Келлфер.

Син сделал навстречу Даору несколько шагов. Воздух вокруг обоих клубился от напряжения, которое мало кто замечал, а если бы заметил, то истолковал бы неправильно. Старший директор Приюта Тайного знания и черный герцог Даор Карион не считали друг друга врагами, а подобные предосторожности были почти этикетом.

Какая-то девушка попыталась сделать вид, что натолкнулась на герцога, затанцевавшись.

Даор сделал шаг в сторону, и она растерянно остановилась, хлопая глазами. Даор вспомнил Юорию и смерил девушку взглядом, в котором, он знал, читалась угроза, и ее и след простыл.

- Герцог Карион, я рад, что вы пришли, - вежливо поблагодарил его Син, неторопливо приближаясь. - Вам не нравится шум. Выйдем во двор?

Герцог кивнул, не отвечая. Будто не заметивший невежливости Син даже не скривился, провожая Даора к незаметной двери между зеркалами.

Герцог этой двери не помнил.

Через узкий проем они вышли во внутренний двор. Пейзаж был захватывающим. Герцог подумал вдруг, была ли здесь Алана, и что бы она сказала, увидев уходящую отвесно вниз пропасть по дальнему краю круглой площадки. Син заметил эту тень замешательства и истолковал ее по-своему:

- Вы не могли помнить этого места. Сюда нельзя никому, кроме наставников и послушников перед выпуском.

Голос Сина звучал иронично. Как и директор, сделав вид, что не заметил этой тонкой насмешки, Даор кивнул на устроившегося под голыми ветвями раскидистого каштана Роберта.

Тот лежал на спине и смотрел в черное небо, освещенное со стороны здания разноцветными сполохами.

- Роберт, оставь нас, пожалуйста, - обманчиво мягко проговорил Син.

Мужчина перетек в сидячее положение и воззрился на потревоживших его покой. На лице его была отстраненная улыбка.

- Сам великий черный герцог, - протянул он вальяжно, и от ярости сила заискрилась у Даора на кончиках пальцев.