Скованные одной цепью, или Я тебе не жена!

Мышцы не отозвались болью, но всё тело ощущалось так, будто его вычистили изнутри и набили опилками.

Асгер широко раскрытыми глазами смотрел на меня. Грива русых волос у него была растрепана, и в прядях застряла желтая хвоинка.

– Ты это… приглядишь за мной? – хрипло попросила я. – Там у нас гости скоро будут.

– Ага, – ответил он, продолжая таращиться на меня.

Я попыталась улыбнуться, но не уверена, что смогла. Стена манила к себе. Я прислонилась, надеясь передохнуть пару секунд, и уже сделав это, запоздало поняла, что проваливаюсь в глубокий сон.

Глава 24. После боя

– Лия, очнись! Хватит дрыхнуть!

Меня потрясли, а потом еще и плеснули водой в лицо. Я вздрогнула и открыла глаза.

Конечно же, передо мной была Трейси. Такая же нежная и заботливая, как… как Трейси.

– Ты что творишь, мать твою, – буркнула я, вытирая с лица холодные капли. – Я бы и так проснулась.

Судя по тому, как сдвинулось солнце, я пробыла в отключке около получаса. Тело до сих пор ломило от сумасшедшего выброса энергии, но в целом ничего из ряда вон выходящего в этом не было.

– Ну уж извини, – Трейси легкомысленно пожала плечами, не испытывая ни капли вины. – Боги знают, когда бы ты проснулась сама, а мне нужно было разбудить тебя срочно.

– Что случилось?

– Дайш с Асгером спорят, – она махнула рукой куда-то в сторону.

Услышав последние слова, я резко села и всмотрелась туда, куда указывала подруга.

Внутренний двор крепости успел измениться за то время, пока я спала, опустошенная заклинанием. У стены небольшого одноэтажного здания, единственного сохранившегося во всем форту, в ряд сидели пятнадцать алавирцев – связанные, с кляпами во рту. За ними присматривали Лэн и Альтес, который сидел на камне со свежеперевязанной ногой и держал в руках арбалет.

Сбоку от дома орудовали лопатами Эфра и Даро. Поскольку лекарь частенько останавливался и многозначительно охал, придерживаясь за поясницу и жалуясь на возраст, работал, по сути, один вор. Из-за этого он бросал и на Эфру, и на Дайша с Асгером весьма красноречивые взгляды.

Наниматель и мой драгоценный напарник стояли рядом с ямой. На штанах Асгера размазались грязные земляные пятна, в ладонях он тоже сжимал лопату.