Отомстить изменнику, или Невеста (не) того дракона

А с братом он гораздо более приветлив. Какие у них интересные внутрисемейные взаимоотношения.

– Его здесь нет. Он уехал в верхнюю резиденцию, – следует не менее прохладный ответ.

– Без крыльев? – усмехается Бомон. – Он же минимум две недели будет добираться.

– Сам–то только расправил свои, столько лет сопротивлялся своей сути и не посещал наш верхний дом. А Георг взял на себя эту ответственность.

– Сам взял? Или ты ее на него возложила? – Адам делает шаг вперед, его глаза сужаются, а ноздри, наоборот, расширяются от гнева.

– И как раз после произошедшего со мной и Бель! Я начинаю думать, мама, что этот хорошо срежиссированный спектакль – твоих рук дело!

– Адам, – осторожно дергаю его за руку, – похитители говорили о заказчике–мужчине, к тому же маге.

– Послушай доставшуюся тебе от брата девчонку, она в кои–то–веки говорит что–то разумное.

– Простите, но вы меня совсем не знаете, чтобы так отзываться! – закономерно оскорбляюсь я.

– Ошибаешься, девочка, – мать Адама и Георга впервые бросает на меня прямой взгляд, – я тебя очень хорошо знаю.

Следила за вашими прогулками с Георгом, пока твои родители приводили тебя к нам, как собачку на будущую случку.

– Мама! – восклицает герцог.

– Ничего страшного, милый, – одергиваю Адама за руку, буквально физически чувствуя, как подобное поведение злит его мать, – мадам герцогиня в чем–то права. Раньше ведь, в сущности, так оно и было, хорошо, что сейчас между нами все по–другому.

– Ничего не по–другому. Ты по–прежнему нужна для одной цели.

И мне жаль, что по вашим людским законам на тебе обязательно жениться, – цедит сквозь зубы маман.

– А она тоже не в ладах со своим внутренним «я»? – совершенно невежливо тычу в герцогиню пальцем. – Просто хочу сказать, что твое состояние гораздо лучше, уверена, мы его поправим за пару сеансов. Но даже не знаю, стоит ли лечить твою мать.

– Ты что такое мелешь, девчонка! – гневно восклицает женщина, а ее руки буквально загораются как два подвижных факела.

– Ого, ты тоже так сумеешь, когда попрактикуешься? – жажда познания во мне полностью перекрывает инстинкт самосохранения.

– Нет, это только мамина особенность, она не совсем обычный дракон, вернее, совсем не дракон, – произносит Адам, а потом хватает меня за руку и буквально тащит к выходу. – Нам лучше уходить, ты можешь пострадать. Мне–то ничего не будет, а ты едва ли невосприимчива к огню. Георга здесь все равно нет, ждать нечего.

Мы отбегаем от крыльца и переводим дух.