Попалась, птичка!

В мои же планы это совершенно не входило, так как позволить ему платить за себя не могла — некрасиво это, он ведь не рассчитывал на мое явление. И так уж пришлось ему раскошелиться на билет и попкорн для меня. А ресторан, в который он собирался везти Ксюшку, ну и балласт в моем лице, я не потянула бы. Максимум — стакан воды из-под крана.

— Князев, а ты любишь кофе? Я угощаю, — влезла я в разговор. — В ресторан я с вами не поеду, но хочу отплатить за кино.

— Кофе? — поднял брови парень и взглянул на свою спутницу.

— Ксюнь, по чашечке кофе? — активно заморгала я, намекая ей, чтобы не спорила.

Привезла я их в итоге в совершенно неказистое местечко, расположенное в подвале. Выглядело оно словно настоящий бомжатник снаружи, но это для незнающих. А вот внутри располагалось малюсенькое кафе, где кроме приготовленного на раскаленном песке изумительнейшего, божественного кофе со специями можно было еще продегустировать разные восточные сладости.

— Дядя Озгюр, — окликнула я пожилого толстяка, любезно беседующего с кем-то из постоянных посетителей.

— А, Кара. Здравствуй, дорогая. Ты сегодня с друзьями? — поспешил нам навстречу старинный знакомый моей бабушки, турок, когда-то приехавший в Россию, да так и осевший тут, покоренный золотыми косами и синими глазами тети Светланы. Он даже свой акцент уже потерял, столько лет прожил тут, в северном краю.

— Да, — поцеловала я его в щеку. — Дядя Озгюр, нам три кофе, пожалуйста. Мне как обычно, а ребятам озвучь свои колдовские варианты. Я не знаю, что они выберут.

— Проходите, дорогие. Что вы любите? Корицу? Мускат? Кориандр? Или с щепоткой соли? Или желаете перца, распаляющего страсть в сердце?

— Не надо перца! — испугалась Ксюшка, переступая на своих высоченных каблуках.

— А что предпочитает Карина? — с энтузиазмом экспериментатора спросил Князев, с интересом оглядываясь по сторонам.

— О, Кара знает толк в настоящем кофе. Правда, дорогая? — заулыбался старый турок. — Пахлаву нужно?

— А как же! — кивнула я. — Дядя Озгюр, Ксении с корицей и каплей муската. Он мягкий, ей понравится.

— А мне давайте как Каре, — опередил меня Князев. — Интересно ведь.

Уже за ароматным густым кофе в крохотных чашечках и тающей во рту медовой пахлавой, пришло время для разговора. Ксения беседу поддерживала с трудом.