Проклятие для мага или сердце на троих.

А что касается этого театра, – он сделал неопределенный жест в направлении танцующих, – мы оба делаем это для них, не так ли?

Дея испытывала странную неловкость рядом с этим холеным и самоуверенным юношей. Ее злило то, что в его присутствии она ощущала себя маленькой глупышкой, хотя разница в возрасте явно не была столь уж существенной. Весь его облик говорил о том, что он еще юн и только завораживающие черные глаза противоречили румяной молодости, они словно бы принадлежали не ему, а какому-то другому человеку – тому, кто был много старшее.

И эта его странность, как, впрочем, и все остальные, одновременно и привлекала Дею, и отталкивала. К тому же, она не привыкла к такому нарочитому вниманию. Ее прежний дом был настроен гораздо враждебнее Мрамгора, который мог подарить ей новых друзей. Правда, Дея не была уверена, что нуждалась в ком-то, кроме Яна. Слишком уж много времени она провела в компании единственного друга, чтобы сейчас нуждаться в ком-то еще.

– Откуда ты можешь знать, что я особенная, если мы виделись только раз и почти не разговаривали? – спросила она Влада, стараясь придать тону небрежность.

– Особенные люди – штучные экземпляры, для того чтобы распознать друг друга, им не обязательно общаться.

– То есть ты и себя считаешь необыкновенным? – с саркастической усмешкой спросила она. – Смело.

– А я похож на труса? – совершенно не смутившись тона, ответил юноша, ловко закидывая в рот виноградину.

– Нет, не похож, – согласилась Дея. – Ты скорее поразительно нескромен.

– Нельзя стать великим, будучи скромным.

– Нет, твоя нескромность не просто поразительная, она фантастическая.

Влад неожиданно расхохотался, совершенно натурально, без тени издевки или позерства, его действительно насмешила Деина реакция. Он смеялся, словно ребенок, а толпящийся у столов народ в недоумении оборачивался.

– Что смешного?! – не выдержала Дея.

– Со стороны я действительно кажусь нескромным, да так, наверное, и есть, но это не от того, что я зарвавшийся Вед. Просто, если человеку удается достичь определенных успехов в чем-либо, он как бы возвышается над всеми предрассудками.

Понимаешь, о чем я?

– Кажется, да. Он становиться «зарвавшимся Ведом» и все прочие для него так – мокрое место.

– Не торопись с выводами, – снова улыбаясь, проговорил Влад. – Поговорим об этом через несколько лет, когда ты сама поймешь, как неординарный опыт может отдалить тебя от толпы обычных людей, думающих о посевах, новеньких нарядах и жареных цыплятах.