Проклятие для мага или сердце на троих.

Правда, когда Дея увидела в подземелье Яна, подходящего к полуголой девице, она все же осмелилась и обратилась к Веду за разъяснениями.

– А на сколько испытания реальны, участники могут серьезно пострадать? – зашептала она, оборачиваясь к нему.

– Все препятствия, что они встречают в подземелье – плод их воображения. И тем не менее, опасность будет для них реальной. Сама-то как считаешь, побороть собственных демонов - серьезное испытание?

Дея была настолько поглощена трансляцией, что даже не обратила внимания, как Влад перешел на «ты».

– А мне одной непонятно кому какие страхи принадлежат?

– Конечно, нет. Достаточно того, что их транслируют на всю площадь. Это же испытания, а не стена позора. Поверь мне, там воплощаются не те страхи, в которых можно легко признаться, – уголок его рта дрогнул, выдавая подобие улыбки. – Вот, например, твой парень, он всегда так робок с тобой?

Влад смотрел на Дею с высоты своего нешуточного роста, продолжая кривовато улыбаться, и на этот раз ей совершенно не понравилась его улыбка.

– Во-первых – он не мой парень, – проговорила она. – А во-вторых – с чего ты взял, что он робок?

Влад небрежно повел плечами.

– Просто смотрел внимательно.

Дея решила, что глупо спорить, она и сама заметила – Ян как-то обмяк, когда возникло видение девушки. Конечно, Влад подумал, что это ее Ян увидел в подземелье, ведь именно она, а не кто-то другой провожала его на состязание.

Бросив робкий взгляд на собеседника, Дея снова наткнулась на его неприятную улыбочку и подумала, что это все-таки не испытания, а действительно стена позора. Ее лучший друг, такой сильный и мужественный, испугался девчонки, и это обстоятельство не укрылось от проницательного Веда. Ей захотелось защитить друга, как-то оправдать эту его маленькую слабость.

– Мы с Яном росли в довольно замкнутой обстановке, – начала она. – Но даже если ты прав, и он действительно робок с девушками, то это не беда, потому как они с ним не особо стеснительны, – она вспомнила Ждану и непроизвольно скривилась, замечая, как Влад всверливает в нее свои сузившиеся глаза.

Ее пробрал озноб.

– Подозреваю, что проблемы подобного рода возникают у него с одной единственной девушкой, – проговорил он нарочито медленно. Потом, неторопливо, словно нехотя, отвел взгляд и снова уставился на проекцию, где последняя троица уже шла по каменному залу, освещенному волшебной пылью.