Проклятие для мага или сердце на троих.

Бровь Деи медленно поползла вверх, становясь домиком. Конечно, быть уроженкой Багорта было гораздо выгоднее, нежели вторженкой, но девушка с юношеским упорством не желала мириться со столь кардинальными переменами. К тому же, не хотелось выглядеть предательницей родной Земли, вскормившей ее своими хлебами, пусть даже не такими сдобными, как в Мрамгоре.

– Но что, если нас похитили в младенчестве специально, чтобы вырастить вдали от дома и воспитать в нас враждебность к Баготу, а потом вернули, чтобы мы втерлись к вам в доверие и нанесли удар изнутри? Такой сценарий вы не рассматриваете? – запальчиво заявила Дея, совершенно не задумываясь, что оговаривает себя.

– Нет! – отрезал Верховный Хранитель. – Вы невнимательно слушали, Дея. Защита Багорта у Хранителя в крови, он не в силах сопротивляться этому. Вспомните же, как Ян оберегал вас там, откуда вы пришли! Даже в чужом мире, там, где его дар не мог раскрыться, он оставался верен той частичке Багорта, которая всегда была в вас.

Страшное разочарование обрушилось на Дею, словно гигантская снежная лавина. Выходило, что Ян все это время, просто как марионетка, которую гены дергали за веревочки, выполнял свой долг перед Багортом! И будь на ее месте другая девчонка или парнишка, да хоть прихваченная отсюда собачонка, он так же рьяно защищал бы и их.

Она сидела опустошенная, не в силах пошевелиться, и проклинала тот день, когда потащила Яна в дурацкий музей Бродского.

Послышался звон колокольчика, и Дея вздрогнула.

– О-о-о! – воскликнул хозяин кабинета. – Это пирог принесли. Специально для вас, душа моя, – он поспешно открыл дверь, впуская уже знакомого Дее белокурого мальчугана, несущего огромное блюдо с черничным пирогом.

Вайес принял у мальчугана блюдо, и тот, бросив любопытный взгляд на Дею, шмыгнул в дверной проем. Поставив на стол угощение, глава Мрамгора посмотрел на поникшую девушку своими проницательными глазами так, что она поежилась, затем отрезал кусок пирога и протянул ей.

– Добавьте ложечку меда в ту бочку дегтя, которую я на вас опрокинул, – произнес он ласково. – У Яна действительно не было выбора, он не мог не быть вашим другом, – Вайес опустился в кресло у камина. – И я даже подозреваю, что его избрали не случайно. Его безоговорочная преданность Багорту должна была оказать службу там, куда вас отправили.