Проклятие для мага или сердце на троих.

Конечно, за стены интерната Дея выходила опять же, благодаря Яну. Ему было 19 и он уже как год вел самостоятельную жизнь. Дея заверила Б.Г. в том, что она будет проводить время под присмотром друга и будто бы он уже ждёт ее на соседней улице, и та смилостивилась, отпустила молодку погулять.

Старательно изображая, что дожидается автобуса, Дея следила за тем, как художник рисует курносую конопатую девчонку. Она находилась чуть вдалеке от этой мистерии и представляла, как, должно быть, скрипит и крошится уголь под умелой рукой рисовальщика, когда вдруг ее настойчиво похлопали по плечу.

Обернувшись, она встретилась лицом к лицу с улыбающимся во весь рот мужчиной диковатой наружности. Одет он был так, будто сбежал с театральных подмостков - в старомодную тройку и помятый котелок, но при этом чудак был бос.

Дея вопросительно посмотрела на незнакомца, решив, что это иностранец, у которого на Петропавловке стащили туфли. Он же, оправдывая ее догадку, залепетал на неизвестном языке, тыча тросточкой в художника, за которым она наблюдала.

Девушка упрекнула себя за то, что не уделяла должного внимания языкам и теперь вынуждена конфузиться перед гостем города, потому как в этой ситуации могла лишь мило улыбаться.

Впрочем, иностранца такое поведение вполне устроило. Он неожиданно выудил из кармана два помятых билетика и, всучив их Дее, поспешил к картинной выставке-продаже. Девушка хотела было нагнать загадочного господина, чтобы поблагодарить, но он волшебным образом пропал.

Только подошел к пейзажу со старинным замком и вот его нет!

"Чудеса" - подумала Дея и посмотрела на билеты. Там красовалась надпись: «Музей-квартира Исаака Израилевича Бродского». Зажав в кулачке драгоценный клочок бумаги, она достала из сумочки подаренный Яном телефон и торопливо набрала ему сообщение, а затем пошла на площадь искусств дожидаться друга.

Девушка уже в сотый раз пересчитывала складки на одеждах бронзового Пушкина, когда высокий, вихрастый парень с вздернутым подбородком и бойкими серыми глазами подкрался к ней сзади.

– Угадай кто? – спросил он, прикрывая глаза подруги ладонью.

– Добрыня Никитич, не иначе, – отозвалась Дея, и чуть вздрогнула – в памяти вновь всплыли картинки из утреннего сновидения.

– Лестно конечно, но нет, не он.

– Ну ладно, Ян, кроме шуток, мне сегодня один иностранец всучил билеты в этот музей, – она указала на массивную деревянную дверь, скрывающую немыслимые сокровища, готовые предстать их взору.