Проклятие для мага или сердце на троих.

– Дея, – чуть слышно позвал Ян.

– А?

– У тебя слабость, надо бы в постель, – проговорил он.

Она ничего не ответила, разочарование забрало последние силы, обесцветив радужные грезы первой влюбленности. Дея только почувствовала, что ее подняли с дивана и несут. Обхватив Яна за шею, она уткнулась лицом в его широкую, часто вздымающуюся грудь и ее охватило безволие. Она престала понимать, что происходит, сознанием ее уже завладевали сонные грезы.

Ян тем временем донес ее до кровати и, не выпуская из рук, уселся на самый ее краешек, видя, как Дея все больше и больше погружается в забытье.

Ян прижал ее к своей груди, и ей вдруг почудилось, что она никакой не Хранитель, а маленькая, хрупкая девочка из интерната, которую утешает ее верный друг. И тут, словно щелкнул какой-то переключатель, Дее сделалось так хорошо и уютно в этих родных и сильных руках, всегда готовых поддержать ее, на этой груди, в которой билось отзывчивое и любящее сердце.

Когда она находилась рядом с Яном – это было естественно и легко, не так, как с Владом. В объятиях друга Дея чувствовала себя защищенной. Стоило же Веду прикоснуться к ней, она превращалась в таящее мороженное. Он волновал ее, и это волнение было чем-то новым для Деи, порой даже невыносимым.

Эту разницу между ними она сейчас ощущала очень остро, возможно, от того, что касания Яна были осторожными, трепетными, убаюкивающими. Позабыв о чувствах друга, Дея обхватила его обеими руками и прижалась всем телом.

Ян понял эти объятия иначе.

– Дея, – тихонько позвал он ее. – Дея…

Словно во сне она повернула к нему раскрасневшееся лицо, и тут произошло нечто такое, что заставило ее оцепенеть. Ян склонился к ее приоткрытым губам и поцеловал. Робко и неуклюже, но так неожиданно, что Дея замерла.

Расценив замешательство подруги, как согласие, Ян сжал ее с новой силой и, запуская пальцы в волосы, впился с какой-то горячечной неистовостью, будто хотел вобрать в себя ее всю.

Вожделение, с которым он брал то, чего так давно хотел, вывело Дею из сонных грез. С силой она оттолкнула его на кровать, а сама вскочила на ноги и принялась бегать по комнате, заламывая руки.

– Что же это? – бормотала она. – Мы же... Я же... Это же...

Раскрасневшийся Ян поднялся с кровати и попытался усмирить бьющуюся в истерике подругу.