Проклятие для мага или сердце на троих.

– Я проснулась, а тебя рядом нет, – протянула она, надувая губки и тайком поглядывая на Ждану, которая побелела, словно фасад замка в лунную ночь.

– Извини, что ушел не разбудив, просто я хотел сделать кое-какие покупки до нашей встречи, – оправдывался Ян, совершенно не замечая, что воздушное пространство вокруг него вот-вот наэлектризуется.

– Но ты ведь уже сделал их? – лениво поинтересовалась Дея, наматывая на палец локон волос.

– Да.

– Тогда, может, пойдем, если конечно, у тебя нет еще каких-нибудь дел? – спросила она, поднимая на него свои зеленые глаза.

– Нет, нет, – торопливо ответил Ян, – я уже все купил.

Дея взяла его под руку.

– До свидания, Ждана, – смущенно попрощался с торговкой Ян, а Дея лишь бросила на нее молчаливый, предупреждающий взгляд.

Причина, по которой Дея пришла на площадь, конечно, выветрилась из ее головы, как только она увидела своего друга в обществе этой непростительно хорошенькой торговки. О своем намерении узнать стоимость жемчужного кулона Дея вспомнила, лишь когда они уже шли мимо гостевой «Лимонная река».

«Ладно, если это моя вещь, то она меня дождется», – решила девушка.

По правде сказать, кулон ее сейчас беспокоил меньше всего. Не успела она прийти в себя от встречи с Владом, как ее настигло новое потрясение.

Дея шла, потупив взгляд, а от ее всегда безупречной осанки не осталось и следа – плечи поникли, а руки безвольно болтались, как плети. Ею овладевало щемящее и выводящее из равновесия чувство стыда. Какое она имела право вести себя так бесцеремонно по отношению к Яну?

«Как пошло и глупо», – думала Дея, проигрывая в голове недавнюю сцену на площади.

Это самоедство могло бы длиться еще довольно долго, если бы Ян не исправил ситуацию.

– Эй, Дея, – позвал он витающую в своих мыслях подругу, когда та наткнулась на поребрик, и чуть было не споткнулась. – Что с тобой стряслось, а?

– Ой, – встрепенулась она, – ничего Ян, ничего. А что за покупки ты делал, пока я спала, если не секрет? – поинтересовалась она, стараясь придать тону жизнерадостность.

Ян неожиданно смутился.

– Если честно, я хотел дождаться вечера. Ну, когда мы разожжем камин и... – он запнулся.