Восхождение злодейки. Пленница наследного принца

Затем я бегло осмотрелась.

День выдался на удивление солнечным и безветренным. Люди вокруг суетились: кто-то застилал готовые к отправке обозы тканью, кто-то поправлял наполненные до отказа вьюки. Абантес с грозным видом держал над ними командование. Атис помогал солдатам крепить поклажу. Федрик на глаза не попался, ну и ладно. Никакой ценности он все равно для меня не представлял.

Мужчина с цепью спустился с повозки и настойчиво потянул меня за собой. Незнакомец не применял силу, и я воспользовалась небольшой паузой, чтобы осмотреть его с ног до головы: темно-русые волосы, несколько примечательных родинок на лице и шее, вздернутый нос и губы с опущенными вниз уголками.

Щеки немного тронуты щетиной.

Даже на первый взгляд незнакомец выглядел недружелюбным и необщительным.

Я дернула плечом, отгоняя навязчивое желание сопротивляться, и послушно спустилась следом. Другой мужчина тут же подскочил ко мне и бесцеремонно всучил в руки объемный мешок с чем-то твердым. Я чуть качнулась по инерции, удобнее перехватила поклажу связанными руками и крепко прижала ее к себе.

Ощутив вес груза, а также боль в раненых запястьях, поняла, что не смогу нести кладь слишком долго. Несмотря на то, что питалась я достаточно регулярно, мне еще ни разу не удалось наесться досыта. Уверена, в таком состоянии голодный обморок мне не грозит. Но вот совершить марш-бросок по лесам со снаряжением я пока явно не готова.

Попытка попросить дать что-нибудь полегче была изначально обречена на провал. Меня даже слушать не стали, лишь раздраженно цыкнули, сплевывая под ноги.

Осиплый голос мужчины грубо велел заткнуть пасть и не отвлекать остальных от важных дел. Мой же молчаливый конвоир стоял себе в сторонке и на защиту не спешил. Только арбалет наставил на меня, открыто намекая, что не потерпит глупостей.

Я раздраженно выдохнула и прикрыла глаза, пытаясь успокоиться. Вспомнились однажды оброненные Атисом слова, сейчас больше похожие на издевку. О да, юный король, никто, конечно, не будет против моего присутствия.

В качестве вьючного скота. За разумное существо, достойное сострадания, меня тут точно не принимают.

То ли я давно не ходила, то ли просто ослабла, а может, склон, по которому нужно было взбираться в общем темпе, оказался слишком крутым, но двигалась я далеко не так бойко, как в то утро, когда точно также под конвоем вышагивала к военному городку. Еще и груз оказалось до крайности неудобно нести и от его веса очень быстро начало ломить спину.