Восхождение злодейки. Пленница наследного принца

Пропалывай грядки, сей пшеницу и молись смиренно богу за благополучие Святой.

И это лишь верхушка айсберга, которую я сумела увидеть благодаря рассказам Атиса и моим собственным воспоминаниям. А там еще столько подводных камней, что представить страшно.

Крестьяне и рыцари в поисках лучшей судьбы сбегали и становились бандитами. Первые практически не представляли опасности по причине плохого вооружения и неорганизованности, чего не скажешь о вторых. У рыцарей имелся при себе неплохой арсенал, доспехи и они могли собираться в большие группы, если предполагаемая добыча оправдывала такие риски.

Не стоит забывать о притаившихся повсеместно монстрах и нечисти, способных выкашивать целые поселения, а потом, укрывшись, подкарауливать новые жертвы в этих гиблых местах. Кто угодно мог отправиться в лес за грибами и, угодив в ловушку болотной кикиморы, погибнуть, будучи утопленным. А еще хуже – возвратиться назад, переродившись мертвяком. И это все в условиях постоянной борьбы за выживание: будет ли хорош урожай, благоприятна зима, добр сюзерен, обойдут ли разбойники селение стороной.

Абантеса можно понять. Возможность послужить вышестоящей особе считалась милостью, за которую счастливчик хватался почти не думая. Как, например, это было с Терионом. И могло бы быть со мной, будь я рождена не в другом, более современном и свободном от многих предрассудков мире, и не имей сил Элфры. Поэтому задумка Абантеса привязать меня благодарностью провалилась еще в зачатке. Ну не чувствовала я должного благоговения перед милостью местных власть имущих!

Я выдохнула, пытаясь успокоить взбудораженные мысли, и уставилась на протянутую руку капитана.

– Не хочу. С чего мне помогать тебе, Абантес? – озвучила я свои мысли, упрямо поджав губы. – Зачем мне это? Даже за титул, деньги и земли не соглашусь.

Я быстро облизнула пересохшие губы и, не давая капитану опомниться, продолжила:

– Ты правильно подметил: мне все равно, что творится в вашем мире. Заключив со мной сделку, ты получишь надежного и сильного союзника. А что предложишь мне взамен, кроме сомнительного удовольствия лицезреть ублюдков, травивших меня, пока я была заперта и беззащитна?

Абантес хмыкнул, убрал протянутую руку и сцепил пальцы перед собой в замок, принимая ожидающую позу.