Сумасшедший вампир

Я чуть не подавилась. От нашего смеха проснулся даже Мохнатик, и Эстэриол потянул меня за руку:

– Пошли. Пусть спят, – и весело бросил друзьям: – Обещаю к утру вернуть!

Тигрица с фирем на пару заворчали и завозились, но не возражали. Лишь бы ушли уже и спать не мешали!

Я послушно пошла за ним в густые заросли перед скалами. Он нащупал удобный выступ, и мы полезли выше. Поднимались недолго, но я успела подустать – подъём был крутой, хоть и несложный. Вроде как природные ступени для гигантов. Днём так вообще здорово было бы по ним полазить! Впрочем, луна светила ярко, вампиру даже не пришлось зажигать свою волшебную светящую жёлтую звёздочку.

Он привёл меня на небольшой уступ, откуда открывался чудесный вид на долину, оставленную позади. Внизу и наша полянка проглядывалась. Костёр еле мерцал оранжевым. Луна озаряла всё потусторонним светом, отчего у меня периодически возникало ощущение нереальности происходящего, а ещё приятный холодок в груди от таинственности пейзажа. Место как нельзя лучше подходило для того, чтобы я могла, наконец, пристать к нему с расспросами.

– Ты взволнована тем, что я украл деньги?

Я помялась. И правда, неуютно себя чувствовала. Пусть и выросла в напрочь коррумпированном обществе, но так и не смирилась с наживательством.

– Даш. Я их с трупов снимаю… Ты ведь…

– Знаю! – я насупилась. – Не мне судить…

– Спасибо, – вампир, покачал головой. – Я когда-то тоже переживал из-за этого. Прости, что… Я неудачно пошутил.

Отогнала непрошенные мысли. Не хочу об этом думать! Хочу о магии, о сказках, о хорошем!

Повернулась к вампиру, но он молчал, глядя на луну. Боги, а ведь он красив! Я только сейчас внимательно вгляделась в его лицо, пока он был отвлечён созерцанием. Светлые волосы неровными локонами касались худых щёк, выбившись из растрёпанного хвоста, мертвенно бледные губы искривлялись в какой-то печальной усмешке, а глаза непонятного в темноте цвета были настолько глубоки, что можно было бы утонуть, но он не давал мне этой возможности.

– Эстэриол?

– А?.. – он резко повернулся ко мне, возвращаясь к реальности.

– Что гнетёт тебя? – я сама не знала, почему спросила это. Он удивленно приподнял бровь, а затем рассмеялся.

– О, мои думы слишком сложны для понимания простой смертной! Тебе не постичь глубину моих терзаний! Но я приоткрою завесу! – он деловито поёрзал и совершенно обычным тоном произнёс.