Сумасшедший вампир

Пусть я дура, ладно, пусть я неправа. Но я просто не хочу, чтобы ты уходил. Я обещаю, я буду очень осторожной, я постараюсь уничтожить все иллюзии, но не уходи. Останься, пожалуйста, со мной…

Он приоткрыл рот, закрыл и улыбнулся. В первый раз и глазами тоже.

– Спасибо… – еле слышно прошептал он.

Мы молчали. Возле костра закопошился Элни, переворачиваясь под одеялом на другой бок. Над ухом зазвенел комар, но почти тут же улетел. Звёзды мерцали, гулкий ветер качал осоку в болоте, на купол наползал туман.

– Ага, – тихо и как-то мечтательно сказал Эстэриол, – по ночам здесь иногда ни зги не видно.

– А почему ты спишь в болоте? Там же жижа почти, да?

– Мне как-то… спокойнее. Среди грязи.

Мы помолчали ещё немного.

– Тебе бы спать, – мягко заметил он, – не выспишься же, а завтра путь долгий. Вы куда, кстати? В Сидиен же?

– Ага…

– Ну, славно…

– Ага… – ответила я совсем сонно.

– Спи… – тихо прошептал Эстэриол, принимая на плечо мою склоняющуюся голову.

Я уснула прямо там. Крепко и сладко. Не знаю, сама ли, или это вампир опять наслал магию. Впрочем, какая разница? Он мог говорить, что угодно, но я была уверена в нём. И не было на свете уютнее места, чем его костлявое холодное плечо.

21. Жертва Тёмному богу

Почему-то я не удивилась, когда утром, проснувшись, обнаружила себя возле костра, заботливо укутанную в одеяло и куртку. В волосах нашёлся помятый и уже почти завянувший крокус. Друзья готовили завтрак и тихо переговаривались, чтобы меня не разбудить.

Как только я шевельнулась и открыла глаза, Асфири отвлеклась от готовки и подошла ко мне. Внимательно заглянула в глаза, окинула взглядом лицо и руки и улыбнулась:

– Доброе утро!

Я поприветствовала друзей и поползла умываться. Время было уже позднее. Ну как? По меркам нынешнего режима. Раньше для меня проснуться в десять-одиннадцать утра было нормой. Когда удавалось, конечно. Впрочем, мы сильно вымотались за вчерашний день, да и легли поздновато.

Принесённой Эстэриолом козы хватило и на ужин, и на плотный завтрак, да ещё и на обед осталось немного, даже учитывая хищную натуру Асфири и природный аппетит фиря.

Элни украдкой разглядывал мою шею, но ни новых, ни старых следов на ней не обнаружилось, а мой зверский здоровый аппетит успокоил обоих друзей.

– Я попросила его остаться, – сказала я друзьям, когда с завтраком было покончено.

Они не возразили. Да и смысл? После вчерашнего скандала это было очевидно.