Сумасшедший вампир

Асфири же залилась искренним смехом и даже начала трясти головой от глубины чувств. Такая открытая, непосредственная…

Я как-то странно смутилась. Тигрица держалась так непринуждённо и в то же время уверенно, что я невольно чувствовала себя какой-то убогой рядом с ней. Не встречались мне такие. Всегда проскальзывала либо фальшь, либо самодовольство. А она совсем не походила на самоуверенных фифочек или закомплексованных подлиз, пытающихся показной открытостью завоевать расположение моего папы.

Уже сейчас чувствовалось, что она уважает в равной степени и себя, и других, но, если что, и спуску не даст. А ещё она красивая… Волосы светлые-светлые, будто поле пшеничное, густые, и таким ровным потоком на плечи ложатся, будто утюжком только приглажены! И глаза, светло-ореховые, даже медовые. Саша бы вокруг неё семь кругов намотал! Такую в модели – самое то! Не то, что меня… Я скорее характерная, а вот Асфири – красавица!

Тигрица тем временем огляделась, сняла с дерева свою походную сумку и уселась на землю между мной и подстилкой фиря.

– У меня тут есть ещё свежий кролик – пару часов как поймала, да закемарила, не желаете ли разделить со мной трапезу? Уж больно я истосковалась по обществу! Уже неделю ношусь деловая, а толком поговорить не с кем, только с деревьями беседы разводила, а они как-то так себе собеседники.

Я уже готова была согласиться, да и фирь вышел из зарослей и осторожно направлялся в нашу сторону, но тут сия милая барышня вытащила из сумки свежеосвежёванный трупик, и меня, нежную столичную леди, глядя на эту картину со свисающими окровавленными лапками, стошнило.

Было так неудобно! Я настолько долго и занудно извинялась, оправдываясь, что перенервничала, и сухарь попался несвежий, что, в конце концов, даже Элни рассвирепел. Молча вырвал у меня из рук мою подстилку и перенёс её на другое место, где Асфири уже разводила костёр, пока я растерянно стенала на осквернённом месте.

Кролик оказался вкусный. Я мужественно старалась не думать о том, есть ли у него детки, и больно ли ему было, когда его убили? Потому что хорошо понимала, что с подобными настроениями я вряд ли смогу выжить в этом мире, где, по всей видимости, население ежедневно занималось охотой и убиением животных, призванных выполнять свою роль в пищевой цепочке.

Но кролика всё равно было жалко.