Отравленные морем

Один раз ей приснилось, будто каменный грифон на Пьяцетте вдруг спикировал с колонны и опустился на мостовую прямо перед ней. От его неживого пристального взгляда Инес проснулась с криком. В тихой комнате горел ночник, соседняя подушка на постели была пуста. Куда мог деваться Энрике среди ночи? Она не смела расспрашивать. И теперь, боясь наткнуться на его обвиняющий взгляд, сидела молча, уткнувшись в свою тарелку.

Тем временем Энрике, успевший сменить простой утренний костюм на зеленый дублет, затканный серебром, деликатно откашлялся:

— Мэтр Фалетрус проделал большую работу в доме Арсаго, — произнес он, чтобы разбить тягостную тишину.

— Но не смог сберечь самого важного свидетеля, — буркнул Сакетти. — Как мы теперь узнаем о планах дона Маньяско? Я не волшебник и не умею допрашивать трупы.

— Вряд ли дон Маньяско удостаивал доверием своих матросов, — примирительно заметил Энрике.

— Но не этого конкретного матроса! — взорвался Сакетти, выплескивая давно копившуюся ярость. — Этот тип владел магией! Накануне его видели с Маньяско в Арсенале! Это он провел их судно через лагуну! Уж ему-то фиескиец наверняка что-нибудь нашептал!

Энрике побледнел до того, что обеспокоенная Инес положила ладонь ему на руку.

Он этого не заметил.

— Мой отец тоже ради этого приблизил Манриоло к себе? — тихо спросил он. — Потому что тот был колдуном?

Судя по тому, как дернулась щека дона Сакетти, вопрос был ему неприятен:

— Дон Арсаго был храбрецом! — отрывисто бросил он. — Зря он увлекся магией, похоже, именно это и сгубило его в крипте! Боюсь, он стал жертвой самообмана.

Он так упорно искал повсюду отголоски магии кьямата, что даже эта вертушка Джулия Граначчи сумела его провести. Уж не знаю, как ей удалось провернуть трюк с паурозо, но она определенно владеет лишь крохами дара. Мы допрашивали ее несколько раз в течение года — бесполезно, девчонка глуха, как стена!

Не подавая виду, Инес внимательно прислушивалась к разговору. Внезапно она подумала, что некоторые ее заключения относительно Джулии могли быть полезны для отца и Энрике.

Вдруг это помогло бы искупить ее вину?

— Неудивительно, что вам так показалось, — заявила она, — ведь роль Джулии в доме Арсаго играла совсем другая девушка. Меня каждый раз удивляло, что Джулия так мало помнит о событиях прошлой весны, но потом я догадалась, в чем дело!

Даже если бы капитан Маньяско вдруг возник посреди столовой, это не произвело бы такого эффекта. Вилка донны Джоанны резко звякнула о тарелку.