Академия Арфен. Отверженные

Я, Файона Макдара, могу быть не только обворожительно мила, я могу стать твоим ночным кошмаром! — прошипела ведьма.

Келейр постаралась выглядеть безмятежной и ни в коем случае не показать, что слова этой девицы ее взволновали. Конечно, при желании Макдара могла бы сильно подпортить ее существование в академии. Тягаться с ведьмами — не в правилах снежных лис. У рода Нолана не было вражды ни с магами, ни с ведьмами. Отец, скорее, придерживался нейтралитета по разным причинам, знать которые Келейр не особо было интересно.

— Перед отбоем достану. Надоело нытье твое слушать, — кинула лиса.

— Не вздумай меня обмануть, мальчик! — Ведьма крутнулась на месте.

Ее длинные косы хлестнули по лицу Келейр. Затем Файона направилась во двор.

— А это уж как получится… — Лиса хмыкнула и взбежала по ступенькам на свой этаж.

Счастье какое… Стены не давали жаркому солнцу прогреть замок, и сейчас здесь ощущалась вожделенная прохлада. Лиса быстренько прошмыгнула за дверь комнаты и едва закрыла ее за собой, как растянулась во весь рост, поскользнувшись на непонятной вещице, валявшейся у входа.

Рассыпая проклятия, Келейр попыталась встать. Кое-как ей это удалось. Потирая ушибленный локоть, она разглядела на полу разбитую рамку с уставом. Лиса зарычала, кидая взгляд на двухъярусную кровать, но ее сосед даже не проснулся. Рейн безмятежно развалился на одеяле, не удосужившись снять ботинки. Келейр прошагала к кровати и остановилась перед Рейном, сердито тряся треснувшей рамкой.

— Какого ярна ты ее не поднял с пола?! — потребовала лиса объяснений, но сосед только удобнее устроился, так и не открывая глаз.

— Вот это наглость… — Келейр положила устав на свою кровать и помахала ладонью над лицом дракона.

Никакой реакции. Притворяется? Келейр склонилась над Рейном, пытаясь удостовериться в том, что он действительно спит и не помешает ей искупаться. Она так и не придумала, из чего смастерить хоть какую-нибудь защелку на дверь, и присутствие в комнате этого дурня сейчас ей мешало.

Келейр выровнялась, решаясь на свой страх и риск идти в ванную, когда заметила блеск под воротником рубашки Рейна. Она протянула руку и осторожно отвернула край одежды. Ее глаза сузились. Ошейник. Лиса вздохнула. Теперь понятно, отчего Брогана сморил сон. Лишенный сил, он ощутил такую усталость, что наверняка проваляется до вечера.