Право на Любовь. Часть I (к циклу Луна для Дракона VI)

Она обернулась, посмотрев на него, а он подумал: Такие ласковые глаза и такие серьезные.

- Солнце. Я хочу много солнца, - прошептала Энн, - чтобы оно освещало мир. - Ее лицо сияло радостью. - Золотое солнце - олицетворение света и будущего, за которое мы сражаемся.

Киан обнял девушку прижимая к себе, они стояли на холме и смотрели на горы, на лес, на равнину. Ветер трепал их волосы и каждый думал о теплом доме, о детях, о будущем… Дом, пусть небольшой, но наполненный теплом, любовью, детским смехом. Первые шаги его сына, первые слова, первые уроки.

Воспоминания хлынули потоком: их первая встреча, тайные свидания, свадьба в полузаброшенном храме. Испуганно-счастливое лицо любимой и его собственный шок при известии, что скоро появится ребенок.

И следом: возвращение домой на краткую передышку перед боем, а перед глазами - обгорелый остов дома, задохнувшийся в дыму отец, Энн на руках белого высокого человека, и он возвращал к жизни его любимую с помощью ненавистной Киану магии.

Он не сознавал, что, упав на колени, кричит, что в голосе его не осталось ничего человеческого.

Энн. В голове ее имя звучало молитвой, кричало опустошением, вопило горем, заставляло его сгорать в агонии от всепоглощающего чувства вины. Как он мог допустить, чтобы это случилось?

Его колени подогнулись, и он рухнул наземь рядом с ней.

Он оставил Энн в доме, в безопасности, сонную и счастливую, уютно свернувшуюся в постели, когда отправился со своими воинами на границу туманов, твари близко подходили к его долине. И он спешил домой…

«О, боги, о, боги, о, боги».

Боль.

Сдавленный крик вырвался из груди, и кровь потекла изо рта.

Энн.

Он взял ее на руки, она затихла, замерла в последней муке. И эта тишина была в десять тысяч раз хуже, чем крики и агония физических страданий.

Мертва. Она была мертва. Он подвел ее, так подвел.

Он потянулся к ней безудержно дрожащей рукой. Кончики пальцев легко коснулись ложбинки у ее шеи. Пульса нет. Ее все еще горячая, обгоревшая кожа была сплошь покрыта грязью и кровью.

«Энн», - он попытался шепнуть, но уже не владел голосом. Его горло кровоточило от бесконечных криков и отчаянной мольбы.

Он не мог оторвать взгляда от своей жены. Глубоко в душе он знал, что это последний раз, когда он видит ее.