Несмотря ни на что

Он сначала не понял, что с ним происходит, а когда исчезла привычная резкость в глазах, Гарри догадался, что он вновь в своём теле.

— Гермиона! — проговорил Поттер, увидев, как она тянет руку к ручке двери.

Услышав его голос, она обернулась:

— Ой, как же я рада тебя видеть! Ну я имею в виду в твоём собственном теле, — вовремя поправила себя Грейнджер.

— Если бы ты знала, как я рад! — улыбнулся Гарри и, достав из кармана мантии очки, водрузил их себе на нос.

— Ну что, надеюсь мы не вернулись обратно в особняк? — проговорила Гермиона.

— Постой, думаю, это нужно проверить, — он приложил ухо к двери и услышал какой-то шум . Он не мог точно сказать, что это было, но на всякий случай решил перестраховаться. — Давай наверно выйдем отсюда в мантии, что-то мне подсказывает, что не все здесь чисто. Я ведь теперь постройнел и мы с лёгкостью сможем это сделать.

— Хорошая идея.

Гарри и Гермиона накинули на себя мантию невидимости и осторожно приоткрыли дверь и прямо им в глаза ударил солнечный свет.

— Ты видел только что открылась дверь? — прокричал Малфой-младший. — Они где-то здесь.

— Гоменум ревелио! — произнёс Люциус, выставив палочку перед собой, и луч света тут же отразился от того места где стояли Гарри и Гермиона.

Глава 31

Как только Гарри и Гермиона поняли, что запахло жареным, они быстро метнулись в сторону, так как через секунду в это самое место ударило уже другое заклинание Люциуса. Они бежали, не оглядываясь, прямо за их спинами летели проклятья. Малфои всерьёз были обеспокоены своей безопасностью и во что бы то ни стало хотели поймать непрошеных гостей.

Спотыкаясь и падая, ребята бежали вперёд, чтобы побыстрей оказаться за пределами территории особняка. Не видя своего противника, Драко и его отец выкрикивали заклинания в пустоту, в надежде поразить свою жертву.

Как только Гарри и Гермиона миновали ворота и отошли подальше, они, наконец, смогли остановиться, снять мантию невидимости и отдышаться.

— Вот это марафон! Я давно так не бегал, — проговорил Гарри, от быстрого бега ему стало жарко и он уже хотел расстегнуть мантию, но вовремя остановился. — Ой у меня же под ней ничего нет! — и тут же захлопнул тёмную материю.