Несмотря ни на что

И Поттер с интересом стал наблюдать за тем, на что раньше никогда бы не обратил внимания.

Солнечные лучи медленно скользили по стволам и веткам деревьев, отбрасывая длинные чёрные тени на землю. Вокруг были тишина и покой. Ни шума автомобилей, ни разговоров людей, только звонкие птичьи голоса наполняли свежий утренний воздух. Неожиданно послышалось одинокое негромкое щебетание, затем к нему присоединился ещё один несмелый сонный птичий голосок. Затем ещё и ещё. Легкое дуновение ветра зашевелило ветви деревьев, на которых только-только начала распускаться молодая листва.

Просыпались деревья и цветы, поднимали свои головки одуванчики, приветствуя солнце. Небо было ярко-голубое, по нему очень быстро плыли облака, будто опаздывая на важную встречу.

Время неумолимо бежало вперёд, и первые лучи солнца уже вовсю заглядывали в окна. Шаловливые солнечные зайчики весело заскакали по стенам и потолку комнаты, путаясь в волосах Гермионы и играя в пятнашки на её лице.

— Я что, заснула? — удивлённо произнесла Грейнджер, взглянув на Гарри, который стоял у окна. — Почему ты меня не разбудил? Столько времени потрачено впустую. Я могла бы ещё несколько книг просмотреть, — сокрушалась она. Гермиона поднялась с кровати, сложила аккуратно плед и стала укладывать в свою сумочку оставшиеся книги.

— Нельзя себя так выматывать, — возразил Гарри и стал помогать ей наводить порядок.

— Я надеюсь, ты тоже отдохнул?

— Да, конечно, — солгал Поттер. Несмотря на сказанную им ложь, остаток этой ночи был для него самым лучшим на свете. И действительно, для Гарри не было лучшего отдыха, чем сидеть и смотреть на неё.

— Ой, кажется, кто-то уже проснулся, — заволновалась Гермиона. — Ты слышишь шум?

Гарри и прислушиваться не пришлось: вопли Рона, доносившиеся с первого этажа, трудно было не услышать. Он подошёл к окну, полной грудью вдохнул свежий весенний воздух и произнёс:

— Скоро начнётся церемония прощания.

— Ты прав, нужно уже идти.

— Я бы предпочёл остаться здесь, — с болью в голосе проговорил Гарри, все так же уставившись в открытое окно, — Но знаю, что это невозможно, да и неправильно это.

— Почему невозможно? — перебила его Гермиона. Она знала, что её другу будет тяжело повторно присутствовать на похоронах, и очень не хотела, чтобы он вновь пережил все это.