Твое Слово

Я очень редко всерьез злюсь, потому что это слишком утомительно и довольно бесполезно, а сейчас я даже не просто злилась - я была в бешенстве! Пинала кровать, раскидывала бумагу, била подушку и очень, очень грязно ругалась. Ко мне в комнату пытался пробиться Борик, но я так заковыристо подсказала ему дорогу, куда он мог бы пойти, подкрепив слои слова таким весомым аргументом, как кинутый в его сторону стул, что он все-таки догадался, что меня сейчас лучше не трогать. Вообще-то, догадаться можно было бы и раньше, но, как оказалось, мужики и правда редкостные тупицы!

Олежина мамка мне говорила, а я не верила! Да нет же, Алевтина Владимировна, они такие же люди, как и мы! Она мне сказала тогда, что я еще не стреляная, и вообще дура, а вот потом пойму.

Я тут наряжаюсь, глазки строи, лежу под ним, чуть ли не на все согласная, а этот пень меня про графа спрашивает?! Сам же поцеловал, а потом: «Ой, Шура, это же не прилично, раз он тебе так нравится!».

Как это неблагородно, Раш, а еще джентельмен!

У него вообще женщины когда-нибудь были?

Я плюхнулась на кровать и взвыла в подушку.

А я еще переживала за него. Хотела благородно отказаться от всех притязаний на его тушку. Я опять вспомнила ворох документов, по которым успела только скоро пробежать взглядом. И комментарии на полях барона Арино. И его веселый взгляд и едва слышный шепот.

- Прочтите.

«Некий господин под укрывающим заклятием целовал некую госпожу на рассвете сего дня. Это могло бы остаться тайной только двоих, но, к сожалению, за неким господином была установлена слежка, как и за некой госпожой. За некой госпожой, каюсь, следил я - из чистого любопытства. А за неким господином - существа посерьезней. Узнал я об этом потому, что существа посерьезнее пришли ко мне с утра с интересным предложением, на которое я, разумеется, согласился.

Бумаги с отчетами, газетные вырезки, стенограммы каких-то разговоров - я знала, что не успею запомнить, поэтому просто выхватывала основные мысли и откладывала в памяти, делала какие-то пометки в блокноте. Ситуация получалась какая-то очень не очень.