Болотница

Вот как они мне благодарны!

- Пропустите нас, мы уйдем, и вы все останетесь целы, - сказал Варг спокойно. Он не пытался убедить мужиков в своей правоте. Он был не из тех людей, что уговаривают и просят. Только не он. Варг мог только приказывать. И сейчас он смотрел на Чтимира сверху вниз. Ухитрился как-то сделать так, чтобы охотник, да и все, кто рядом стоял, почувствовали это превосходство.

За нашими спинами из дома выскочили дочери старосты. Боян махнул им рукой, чтобы уходили обратно в дом. Ягода попыталась было воспротивиться, ей стало любопытно посмотреть, что дальше произойдет, но более хитрая Леля уволокла сестру обратно в дом.

Я бросила быстрый взгляд на Варга, затем на Ингвара. Северяне стояли готовые к бою, если придется драться. И едва за дочками Бояна закрылась дверь, как Чтимир спустил стрелу.

Я не успела ничего понять, когда ладонь Ингвара, стоявшего рядом, толкнула меня и я, взмахнув руками, повалилась в снег. Когда Варг успел достать свой меч, я тоже не успела разглядеть, но нацеленная ему в грудь стрела была отбита северянином единым взмахом его оружия.

Я села на снегу и достала свой нож. Затем вскочила, глядя, как Чтимир, отбросив свой лук, бросился на Варга, выхватив из-за пояса топор. Еще несколько мужиков из деревни последовали его примеру, и только Боян нырнул за изгородь и теперь выглядывал оттуда. Я ничем не помогла северянам – нападавших они расшвыряли как котят. Это и боем даже назвать было нельзя.

Убивать они никого не стали и мне даже дышать стало легче.

А ведь могли, поняла я. Но не сделали этого, а значит, не желают крови.

- Пошли отсюда, - сказал Варг, убирая меч в ножны. Повернувшись ко мне он добавил: - Мы возвращаемся с тобой на болота. Это решено!

Я ничего не смогла возразить, пораженная произошедшей на моих глазах стычкой.

Ингвар посмотрел мне в глаза и улыбнулся.

- Знаешь, теперь я, кажется, понимаю, почему ты живешь одна на болоте, - сказал он.

Проигнорировав его слова я тихо ответила:

- Вы же понимаете, что деревенские захотят отомстить?

Варг посмотрел мне в глаза и едва заметно улыбнулся побелевшими губами.

- Тем более, нам пора уходить, - сказал и первым направился к воротам.

Мы уходили в молчании.