Завидные жены

Принятое решение ему совершенно не нравилось, но и иного выхода он попросту не наблюдал. Его загнали в угол, и теперь настал черёд отвечать.

В руках герцог держал розовое письмо, надушенное неприятным, приторным запахом. Край конверта был смят, а сама записка давно уничтожена, что не мешало Коулю раз за разом возвращаться в мыслях к её содержанию.

– Господин, – послышалось из коридора.

– Заходи.

Протяжный скрип раздался следом. Преданный слуга вошёл в кабинет и плотно закрыл за собой дверь, прежде чем приступить к отчёту:

– Как вы и приказывали, бойцам заплатили причитающиеся деньги, аристократам разосланы оповещения о временном прекращении игр.

Короткий кивок сопровождался громким скрипом обивки дивана. В полной тишине каждый шорох был отчётливо слышен, как и стук набоек подошвы по полу. Дворецкий позволил себе наглость подойти ближе. Лорд не возражал, продолжая задумчиво разглядывать розовый конверт.

– Остальные распоряжения?

– Выполнены, мой господин.

– Тогда уничтожьте это и можете идти спать.

– Сэр, – мистер Виспери взял конверт, – ещё один момент, сэр.

Коуль закрыл глаза, пытаясь унять приступ раздражения. Сейчас он искренне пожалел о том, что ввязался во всю эту историю, потому что терпения у него еле хватало, чтобы как следует сыграть свою роль в нынешнем спектакле.

– Кошка, сэр, – дворецкий воспользовался молчанием господина и продолжил мысль. – Точнее, кот. К нам в дом пробрался кот.

– Знаю. Белый пушистый, будто домашний, не так ли?

– Так и есть, сэр.

Очередной кивок предварял последующий приказ:

– Иди отдыхай. Пусть немного позабавится, прежде чем мы его выкинем. Следите за ним и не допускайте в тайную комнату с сейфом.

– Ясно, сэр.

«Итак, он оказался прав», – думалось так герцогу Остегскому.

Громко вздохнув, Коуль медленно сел и затем встал с дивана. На столе его ждала работа. Биль об упразднении аристократии, на котором настаивали его оппоненты на парламентских дебатах. Сейчас ему было не до праздного времяпрепровождения, и уж тем более не до продовольствия, множество ящиков которого несносный Пеппер Гридж‑Стоун доставил прямо к дверям его конторы по адресу Хайдроуд, 17, места для маленьких тайных делишек.

Герцог уже успел искренне привязаться к своему уютному, удобному логову, из которого до парламента и королевских палат – рукой подать. А ему, как одному из высших чинов, которому пророчат место премьер‑министра, нужно быть всегда под рукой для монарших особ.