Три дракона Амели

Отправилась на какую-то вечеринку в Париже, и с тех пор ее никто не видел. Ой, тормози, тормози!

Дорогу перебегала собака – большая, лохматая, со свернутым калачиком хвостом. Она долго стояла на обочине, пытаясь переждать проезжавшие мимо машины. Не дождалась и рванула наперерез.

Они едва ее не сбили. Если бы Эрик не среагировал так быстро, собака уже лежала бы на асфальте. А так она только сделала испуганный и быстрый прыжок в сторону, оглянулась на автомобиль и затрусила по цветущему лугу.

Амели шмыгнула носом.

– Хорошо, что мы ее заметили! Правда? – она повернулась к Эрику, глаза ее были мокрыми от слез, а голос дрожал.

– Какой же ты еще ребенок! – покровительственно улыбнулся он. Хотя и сам был рад такому исходу дела.

А воздух уже пахнул морем. И Амели дышала и носом, и ртом, и кожей.

И как она могла не приехать сюда раньше? Миллионы людей едут на Лазурный берег со всего мира, а она, француженка, здесь еще не была.

Нет, на море она, конечно, бывала и не раз. Но из Эстена им с подружками удобнее было добираться до Монпелье – там нет такого шика, как в Ницце или в Каннах, но доходы их семей и не позволяли шиковать.

Да и какой смысл ехать на Лазурный берег с пятьюдесятью евро в кармане? Сейчас – другое дело. Сейчас она с Эриком.

Когда машина остановилась возле трехэтажного здания на тихой и ничем не примечательной улочке, Амели даже не поняла, что они подъехали к отелю. Сначала она подумала, что Эрик остановился, чтобы спросить дорогу – хотя зачем что-то спрашивать, если у них есть навигатор?

– Эм, мы приехали! – и сам стал выходить из машины.

Приехали? Но краска на фасаде облупилась, и буквы на вывеске плохо читались. И никакой набережной поблизости.

– Амели! – он позвал ее чуть громче.

Она выпрыгнула на тротуар, огляделась. В таких отелях она останавливалась и раньше – со старшими братьями и сестрами и с одноклассницами. В таких отелях нет ни швейцаров, ни террас, ни фруктов в номерах.

Убранство холла показало, что она не ошиблась.

Эрик расписался в журнале регистрации, получил ключи от номера, и они поднялись по лестнице на третий этаж. На ступеньках она заметила сигаретный окурок и несколько оберток от жевачек.

Номер был маленький и душный. На кровати – застиранное, изрядно полинявшее белье (естественно, не шелковое). На окне – грязные жалюзи.