Три дракона Амели

– Я случайно услышал недавний разговор с послами Лабрадении и был уверен, что его величество будет рад такому союзу. Но его величество не проявил к нему ни малейшего интереса.

И снова она пыталась оправдать Антуана:

– Может быть, потому, что Анагория сейчас не готова к войне?

– Ах, ваше высочество, – простонал Монтегю, – Боюсь, Кариния подготовится к войне гораздо раньше. До тех пор, пока его величество будет думать лишь о том, как укрепить свою власть в Анагории, страна будет слабеть и слабеть.

Музыка смолка, и разговор пришлось прекратить.

Церемониймейстер в сопровождении стражи отправился в темницу.

Амели вернулась в свои комнаты усталая и обескураженная. И твёрдо решила – если им с де Тюренном удастся найти маленького Шарля и устроить им с Жюли побег из Анагории, она сбежит вместе с ними. Туда – во Францию, где светит солнце и идет дождь. Где лавандовые луга. Где нет драконов…

29. Старая сказка

– Ваше высочество, я отправила в починку каше колье с рубинами – из него выпал один из камней. Ювелир был очень напуган, просил прощения за свою оплошность и умолял не предавать это дело огласке.

Я взяла на себя смелость это ему пообещать от вашего имени, ваше высочество. Он еще молодой и недостаточно опытный, но он будет стараться, ваше высочество, чтобы в дальнейшем таких промахов не допускать.

Амели улыбнулась:

– Вы поступили совершенно правильно, Жюли! У вас доброе сердце.

Завивавшая ее волосы горничная всплеснула руками:

– Это вы добры, ваше высочество! Любая другая на вашем месте уже прогнала бы меня из дворца.

Вы не представляете, как я вам благодарна. Я сейчас так нуждаюсь в этом жалованье. Моя сестренка скоро вырастет, я выдам ее замуж и тогда уже не буду так зависеть от места при дворе.

Амели внимательно на нее посмотрела, пытаясь угадать, нет ли тайного смысла в ее словах. И на всякий случай предупредила:

– Надеюсь, вы будете благоразумны, Жюли? Не принимайте поспешных решений.

Теперь уже горничная бросила на нее пронзительный взгляд.

– Ах, ваше высочество, если бы вы знали, сколько раз на дню я призываю себя к спокойствию! Я напоминаю себе, что от моего молчания зависит благополучие сестры, а возможно, и брата.

Иногда я даже пытаюсь убедить себя, что герцог де Аркур соврал, и на самом деле мой Шарль жив и здоров.

Амели напряглась при этих словах.

– Скажите, ваше высочество, ведь такое могло быть, правда? – слёзы текли по лицу Жюли, капали на белый передник. – Он мог соврать, чтобы я не пыталась найти моего мальчика.