Карамелька

Кому сделала лучше тем, что ободрала все ладони до крови и чуть не сломала ногу?

Нет, Ирадий никогда не считал себя глупцом и прекрасно видел неизвестно откуда взявшийся в ее глазах интерес, но планов девушки не разделял даже в контексте одной ночи. Просто потому, что и без того ежедневно ходил по минному полю, названному Каролиной, и взрыва себе позволить никак не мог. У него была цель, и ему ее хватало с лихвой.

Угроза? О да, Ирадий видел в Эльзе угрозу, и он собирался избавиться от нее при первой же возможности.

Медведь...

Кому-кому, а этому увальню точно здесь было не место. Веркомандир космической армии вообще не понимал, как этот парень здесь оказался. Если бы не личные дела, то и не узнал бы, что за обучение братьев платили совсем не их родители, а отец Лиса. Так он купил своему избалованному сыночку телохранителей, которые ему нисколько не помогли. Бесполезные существа, в отличие от Эльдера.

Честно говоря, пользы от имсита было гораздо больше, чем проблем, – этого веркомандир не мог не признать.

Рассматривал его в первую очередь как бойца, но и его отношение к Каролине без внимания не оставлял, собираясь извлечь из него пользу. Этот имсит ему еще поможет, потому что выбора веркомандир капитану просто не предоставит.

Увы, Ирадий не мог пока находиться с Карой беспрерывно, и ему нужен был тот, кто защитит ее, пусть от этой мысли у мужчины непроизвольно и сжимались кулаки.

Он сумеет ее пережить. Переживет и мимолетное увлечение, если такое случится, хотя допустить подобное он бы не хотел. Девичьи сердца слишком хрупки и легко разбиваются, и будет жаль, если Каролине придется через это пройти. Каждая ее слеза для Ирадия была подобна маленькой смерти.

Еще один взгляд – взгляд испуганный, дикий – ему удалось заметить в своей спальне. То, с каким непоколебимым упрямством Кара смотрела на врача, требуя, чтобы ее забрали в медицинский корпус, Ирадия несколько покоробило.

Для нее что Лис, что Ирадий, что Эльдер – все они стояли на одной линии, и это убивало. Наверное, потому и отпустил ее, что обещал себе не давить, но на все уступки идти не мог. Это было просто небезопасно. Потому и пошел в ванную вместе с ней.