Карамелька

Больше того, только он и мог на нее повлиять и делал это максимально мягко и незаметно, как и положено имситу, но мог и к стенке припереть – об этом было написано в его деле, с которым Ирадий уже ознакомился. Такие случаи были, когда человечка выходила за все допустимые обществом рамки. С другой стороны...

Она сама приняла это решение. И Эльдер принял, помчавшись вслед за сестрой, а теперь явно мог стать третьим лишним в их с Каролиной отношениях.

Если понадобится, Ирадий был готов от него избавиться, как избавился от того – другого, который посмел причинить вред его девочке.

Впрочем, ему было искренне жаль косы его Карамельки. В его снах он расплетал эти косы, поддаваясь соблазну. Целовал ее пухлые губы и тонул в голубых глазах. Эти волосы ниспадали по ее обнаженным плечам волнами, а он гладил их шелк, жадно вдыхал манящий аромат.

Какой она будет с короткой стрижкой?

Не мог представить, но уже совсем скоро смог увидеть своими глазами.

Она стала такой взрослой, будто разом прибавила лет пять-семь. Теперь ее излишняя худоба казалась проявлением женственности. Ее грудь, обтянутая белоснежной майкой, притягивала взгляд. Ее профиль – сводил с ума. Каждый взмах ресниц равнялся удару его сердца. Каждый поворот, каждый шаг – это сердце разбивал.

Единственное, что так и осталось неизменным, – она по-прежнему казалась ему маленькой, миниатюрной и нежной, но больше не хрупкой. А еще...

Он ей совсем немного восхищался. Восхищался тем, что она безропотно исполнила приказ, пока Эльза билась в истерике, обещая всем и каждому, что ее отец от них мокрого места не оставит, но... Отцу Эльзы было плевать на дочь. Ее отца заботил лишь сын, который посмел сделать Каролине откровенный комплимент.

– Ты очень красивая, – прозвучало едва слышно, но слух Ирадию не отказывал никогда!

– Спасибо, – неловко смутилась девушка и отвела взгляд, а веркомандир.

Веркомандир космической армии только что первый раз в жизни проиграл бой.

Благо только бой, а не войну.

Глава 10: Из огня да в полымя

Каролина

Я собой гордилась.

Гордилась тем, что смогла собраться в столовой. Смогла ответить ровно и правду. По крайней мере, ее безопасную для меня часть.