Мой личный Страж

И лишь в третьей решили помочь и сказали, что прежде чем засовывать девушку в психушку, нужно ее обследовать, может она потеряла память, а так же на другие повреждения мозга и нервной системы. Попутно обещав поискать тех, кто ее ищет.

Но когда она, глядя ему в глаза, прямо спросила, верю ли я ей, мне впервые стало так сильно не по себе. Она мне открылась, а я хочу сдать ее врачам. Конечно, я понимал, что это для ее же блага, но все равно почувствовал себя по меньшей мере предателем, а то и просто гадом обыкновенным.

Она смотрела на меня серьезно своими красивыми фиалковыми глазами. И сама была ну очень привлекательна – высокая, хорошо сложенная, длинные каштановые волосы уложены в сложную прическу на затылке и спадали мягкими прядями на плечи. Одета в длинное струящееся платье. Наверняка не из дешевых, даже удивительно, как она могла оказаться одна на этой аллее, без сопровождения.

Я посмотрел в окно и с тревогой подумал о том, что теперь ее ждет. Хорошо, если найдутся родные. Потому что, если она не пьяна и ничем не обкурена, то ее точно поместят в психушку.

Размышления прервал телефонный звонок.

- Кирилл Владимирович? Вас беспокоят с ***ской больницы, сегодня утром поступила девушка и у меня информация, что вы просили перезвонить, когда будет по ней что-нибудь известно. Скажите, кем вы ей приходитесь?

- Эм, мы только сегодня утром встретились, я вызвал ей скорую, потому что она, как мне показалось, потерялась.

- Я поняла вас. Тогда, к сожалению, мы не можем вам подробно рассказать о ее состоянии.

- А в общих словах можете? Нашлись родственники?

- Документов при девушке не было, а с нами она отказывается разговаривать, объявила бойкот, но из-за ее поведения мы вынуждены были ее изолировать.

- Что значит изолировать? Из-за какого поведения? – я напрягся, неосознанно повышая голос. Представить хрупкую девушку опасной для общества никак не получалось.

На том конце провода замялись, не зная, можно ли сообщать мне эти подробности, но так как голос явно принадлежал молоденькой медсестре, которой банально хотелось посплетничать, она понизила голос почти до шепота и поведала: - Она разъела кислотой замок комнаты, в которую ее посадили, и кинула этой же светящейся кислотой в охранника.

- Как это? – опешил я. – У нее же ничего в руках не было, откуда она взяла кислоту?

- Не знаю, - казалось, девушка на том конце провода пожала плечами, – но так говорят… Ну все, мне уже пора. Вы узнали всё, что хотели? – быстро затараторила она.