Мой личный Страж

- Совсем недавно это изучала – один из сильнейших запрещенных ядов – он, попадая в организм, создает в крови ядовитые железные иглы, которые медленно подбираются к сердцу и жалят его, пока сердце не остановится от яда и порезов.

- Именно. Это все мы выяснили, к сожалению только после смерти нескольких жертв, снаружи никаких повреждений на их телах не было, да и вообще, снаружи яд никак не проявляется до самого последнего момента. Но сейчас вы же сможете, при правильном развитии своего дара, увидеть эти иглы? Вы тренируете свое внутреннее зрение?

Я кивнула, но ничего не сказала, и он продолжил:

- Но я узнал, что есть мир, где целители могут разрезать кожу и вытаскивать все лишние предметы из организма больного.

Мы с церемониймейстером недоверчиво переглянулись.

- Вы уверены, магистр? – высказал за нас обоих свое удивление герцог. – Как можно вылечить человека, разрезав его? Он же банально умрет от потери крови! Наверно ваши свитки что-то напутали.

- Нет! – возбужденно вскочил на ноги маг. – Я могу свою жизнь положить на то, что эти сведения правда! Наверняка, они используют особую магию. И если Ее Высочество научится ей, то сможет спасти своего брата. Я могу погрузить короля Фредерика в магический сон на год, это остановит движение игл. А когда принцесса вернется, она сможет спасти не только Его Величество, но и многих других! – высокопарно закончил он.

Я в сомнении покачала головой.

- Магистр, даже если есть такая невероятная магия, то захотят ли маги того мира открывать свои секреты? И как я смогу туда попасть? И что будет в мое отсутствие с королевством? Может нам попробовать отправить туда придворного лекаря? Пусть он научится этой магии.

- Нет, – отрезал собеседник, – только у вас есть дар целительства, и только вы сможете принять новые необходимые знания. Вдобавок тот портал, который открывает проход в иной мир, может пропустить только носителя королевской крови.

Его слова заставили меня задуматься. Если то, о чем он говорит, возможно, то я жизнь положу, чтобы помочь Фредерику. Мы не смогли спасти своих родителей, но остаться без брата я не могу, особенно если есть шанс его спасти. Маленький, призрачный, но шанс.