Двое непутевых. Русальная неделя.

Знаю, зачем этот волк облезлый русалок изучает – небось ищет мои слабые стороны, или хочет убедиться, что я действительно та, кто ему нужна.

О том, что оборотень и без книжек самым первым увидел мой разноцветный хвост, так выделявший меня среди сородичей, я почему-то не подумала.

– Помочь он тебе хочет, – вздохнул Кощей. – И я хочу, да больно ты колючая.

Вот тут дед ошибся – с колючками это к Соне. На крайний случай, к Жорику, но точно не ко мне.

– Сама разберусь, – буркнула в ответ, начиная злиться.

Больше на Мишу, конечно – он ведь мне весь настрой сбил. Но и на деду Коша тоже, за то, что защищает предателя.

– Разберешься, – покивал старичок. – Только помни, что ни я, ни волчонок не враги тебе.

– Откуда мне знать?!

Я думала, это обидит Кощея, но библиотекарь только сухонько рассмеялся – будто горох сухой перекатили.

– Здесь-то ты все знаешь, – он ткнул себя пальцем в грудь.

– Или, наоборот, ничего, – скривилась я. – До свидания, господин Кощей.

Библиотекарь пробурчал что-то на тему «вот молодежь пошла», проводив меня печальным взглядом, но останавливать не стал.

По пути в комнату злость стала рассеиваться. На самом деле, Кощей был вовсе не при чем – это просто Миша вывел меня из себя. А перед старичком стоило извиниться, наверное… ну и все же посоветоваться, но только не сегодня.

Сегодня лучше злобно посплю, и пусть мне приснится Миша. Чтоб он стоял передо мной, а я повторяла «печеньки», пока у волчонка хвост не облезет.

Когда вернулась, Соня, как обычно, пилила ногти, а Злата учила Жорика новым командам, впрочем, безуспешно. Увалившись на кровать, я укрылась с головой, надеясь заснуть – перед упражнениями с Урьюшкой у меня еще оставалось немного времени.

– Мира, а кого ты хочешь увидеть на Велесову ночь? – спросила дриада, отвлекаясь от своего увлекательного занятия и отвлекая меня от моего.

– Велесову ночь? – уточнила я с непониманием.

– Что, родители тебе не рассказывали? – встрепенулась Соня. – Хотя, наверно, в людском мире мертвые не приходят.

– Мертвые приходят? – выдала, чувствуя себя повторюшкой-дядей-хрюшкой.

– Значит, не рассказывали, – резюмировала русалка, возвращаясь к своим ногтям.

– Люди называют это Хэллоуин, – пояснила Злата, попрыскав на жмапика из пульверизатора.

Плотоядный цветочек чихнул и клацнул челюстями, едва не оттяпав своей хозяйке пальцы.