Двое непутевых. Русальная неделя.

Кто же знал, что ты будешь первой русалкой, зачисленной на факультет?

Ага, да действительно! Нельзя было что ли раньше сказать, чем над моим видом смеяться?

– Мирабелла, так и будете на полу лежать? – надо мной склонилась женщина-профессор.

– Ну… я это… – замямлила, отведя глаза.

Отчего-то признаваться в своем неумении превращаться не хотелось. Может все же получится?

Посмотрев на хвост, мысленно приказала ему стать ногами. Ничего не вышло, кроме того, что я наконец заметила одну деталь – чешуя была темно-синей.

Не разноцветной, как в прошлый раз на озере и дома в ванной, а вполне себе обычной, однотонной.

– А чего это у тебя с хвостом? – спросил Миша, тоже обративший на это внимание. – Он вроде другим раньше был. И волосы уже не такие…

Будто я знаю, чего у меня там с ним!

– Вы «это» что? – не отставала преподаватель.

– Я доползу, – ляпнула, лишь бы меня оставили в покое.

– Ну давайте скорее, остальных студентов задерживаете…

Пришлось ползти, шлепая плавником, благо до заветной дверки было недалеко.

За дверкой оказалась комната, где уже сидело с десяток студентов – лешие, дриады и та самая нимфа, если правильно запомнила.

При моем появлении все дружно вытаращились, округлив глаза.

– Чего? Русалок что ли не видели ни разу? – огрызнулась, не спеша уходить далеко от двери.

В голове уже созрел план мести коварному волку.

Вновь зачисленным природным сказочникам приходилось переступать через мой хвост, который упорно не желал становиться ногами, но отступать я не собиралась.

– Ты точно русалка? А то на глисту уж больно похожа… – фыркнула последняя студентка нашего факультета, после которой на сцену собирался выйти Миша.

– Кто бы говорил, вобла сушенная, – отмахнулась, бросив взгляд на ее ярко-зеленые волосы и тощую фигуру.

Кажется, девочку совсем не кормили – локти такие острые, что их впору приравнять к холодному оружию.

Язвительный ответ уже слушать не стала – боялась момент упустить.

Вот Миша занес ногу, чтобы подняться, и я крикнула:

– Печеньки!

Конечно, оставался шанс, что оборотень меня не услышит, но совсем недавно он рассказывал мне об идеальном волчьем слухе, а значит…

Есть!

Не успев до конца взойти наверх, Миша превратился в зверя, и не удержав равновесие, упал.

Ха-ха. Так тебе, блохастый.