Двое непутевых. Русальная неделя.

Руки его то нервно теребили ворот куртки, то поправляли шарф, то хлопали себя по карманам, в одном из которых лежала копия моего медальона. И с каждой проходившей минутой он начинал нервничать все сильнее, хотя казалось, будто сильнее уже невозможно.

– Почему никто не приходит? – озвучила общий вопрос Злата спустя полчаса такого вот нервного ожидания.

Вася за это время успел известись окончательно, как и его фамильяр, и теперь оба вздрагивали от любого шороха, или всплеска.

– Может похититель заметил нас и скрылся? – предположил Миша, поджав губу.

– Не мог, я бы его мысли загодя почувствовал, – скривился Змый. – Значит, ждем дальше…

Не договорив, древний запнулся, приложив палец ко рту.

Все замерли, уставившись в маленькое окошко, и кажется, даже дышать перестали.

Сперва я ничего не увидела, но вскоре заметила, как с противоположной стороны леса, окружавшего пруд, вынырнули двое волков. Один зверь был обычным, а второй крупным, но не больше Миши в волчьем облике.

Тот, что покрупнее, нес в зубах какой-то кулек, в котором мне с трудом удалось определить ребенка лет четырех, явно напуганного.

Остановившись на опушке, звери замерли, сверля глазами Васю. Водяной сделал шаг в их сторону, стискивая кулаки.

Волки? Серьезно? Волки?!

Я истерически засмеялась. Потому что с самого начала именно волки и показались мне тем самым таинственным врагом, а сейчас выходило, что, судя по всему, я была права.

Волки… неужели и Миша?

– Мира, что ты творишь? – прошипел в моей голове Змый, но было уже поздно.

Как когда-то говорил мне Миша, оборотни обладают очень чутким слухом, особенно, если стараются услышать. Сейчас те двое явно старались, потому что едва я засмеялась, как морды их синхронно повернулись в мою сторону, а дальше понеслось.

В мгновенье ока Кощей и Змый оказались рядом с волками и завязалась драка.

Сам водяной стоял, с испугом глядя на все это, но вмешиваться не решался, лишь качал головой, да дергал руками, будто собираясь призвать на помощь свою магию, но в последний момент останавливаясь.

– Мира, клянусь, я не знал, – как-то мрачно и сосредоточенно проговорил Миша, а после тоже обратился и бросился в драку.