Двое непутевых. Русальная неделя.

– Да куда уж мне, – горько ответил водяной, но всем было ясно, что горечь эта вызвана не сожалением о том, что я осталась в живых, а волнением за брата.

– Я тоже помогу, – прошептала Злата. – У меня у самой две сестренки, и если бы их похитили… я бы тоже наверно Жорика на кого угодно натравила.

– Мира? – спросил Миша, прикусив губу.

Волк явно не хотел оставлять на произвол судьбы невинного ребенка, но и пойти против меня тоже не мог.

– Я согласна, – вздохнула в ответ. – Но моим другом ты больше не станешь, Вася.

Водяного было искренне жаль – я и сама не знала, как бы повела себя в подобной ситуации. Однако и спускать все на тормозах не собиралась. Брат, или не брат, но ведь у него почти получилось убить меня. Да ладно бы только я, так ведь и Миша едва не погиб… добрый и нахальный Миша, который уж точно был не при делах!

– Спасибо, – тихо уронил Вася, и на его щеке блеснула одинокая слеза.

– Ну, раз все согласны, тогда слушайте, – подытожил деда Кош, а потом рассказал нам свой план.

Идея Кощея была проста до безобразия, и от того казалась весьма действенной.

По задумке, как и говорилось раньше, Вася должен был сообщить похитителю о моей смерти и потребовать брата в обмен на кулон.

Все понимали, что похититель весьма упорен, раз преследовал моих родителей и не сдался спустя столько лет.

Еще все понимали, что ему был нужен не просто кулон, но и абсолютная власть над ним, раз он решил уничтожить всю мою семью, включая меня.

И именно поэтому, получив свое, едва бы он оставил свидетелей, а значит, готовиться следовало тщательно, и к самому худшему.

Поскольку просто так покидать Академию студентам разрешалось только в Йоль, а он уже прошел, то Васе был нужен веский повод вернуться домой, чтобы встретиться с похитителем. И таким поводом становились Соня и Злата. Они должны были сообщить Березовой о том, что водяной, якобы, торговал запрещенными травами (как это делала Праша) и предоставить этому доказательства.

– И что будет, когда я приду на встречу? – спросил Вася, услышав предложение. – Вдруг он потребует кулон?

– Там будет не что, а кто. Я, – самодовольно заявил Змый.

– И я, – хмыкнул Кощей.