Зов сердца

— Я не знал, что это ваша тайна, — тихо молвил мистер Торгест. — В столице маги не прячутся.

И я заметила в его глазах сожаление. Оборотень сейчас говорил правду.

— Я общаюсь с магами, и они ведут себя иначе, чем вы.

— Высокомерно? — усмехнулась, вспомнив подругу Присциллу.

Она считала себя особенной, потому что владела силой.

— Гордо и с достоинством, — поправил меня мужчина.

— Значит, вы считаете, что у меня нет достоинства?

Щеки снова вспыхнули, а внутри закипело раздражение. Принесло же оборотня в больницу!

— Я имел в виду другое — что они не стыдятся собственной магии, — невозмутимо произнес мистер Торгест.

Он распахнул передо мной дверь, и мы вышли из кабинета. Пальцы слегка дрожали от возмущения, когда вставляла ключ в замок и поворачивала на два оборота. Но пусть лучше так считает и отцу все передаст, моя тайна останется лишь моей.

— Мы с вами договаривались, что после работы съездим в ритуальный дом. Я теперь понимаю, что у вас мало опыта и, возможно, нет желания испытать еще раз все ощущения жертвы.

Но могу я вас попросить все же согласиться? Убийца еще гуляет на свободе и может уже сейчас подыскивать себе жертву.

Под его твердым взглядом жар на щеках стал сильнее, и я молча кивнула.

Миссис Парсон стояла рядом со входом в больницу и щебетала с полной женщиной. Но едва мы с мистером Торгестом вышли, как тут же замолчала. Я спиной ощущала ее взгляд, когда садилась в старенькуюмашину мистера Кендала на заднее сиденье. Сыщик сел впереди. Представляю, какие завтра слухи разнесет медсестра по городу!

Дознаватель сделал музыку в салоне погромче, и мы поехали.

Обхватив себя руками, смотрела в окно. Пережить еще раз страшную смерть девушки я бы не хотела, но оборотень прав: убийца не найден, а я могла помочь. Наверное. В голове прокручивались воспоминания, но никаких зацепок в них не было.

Чем ближе мы подъезжали к ритуальному дому, тем сильнее ощущалось плохое предчувствие. Оно давило тяжелым грузом на грудь. И когда мистер Кендал остановил машину возле кирпичного двухэтажного дома с черными занавесками на окнах, я поняла, как боялась снова оказаться в подвале, ощутить повязку на глазах и услышать довольный смех.

Мистер Солсбери проводил нас в специальное помещение, где в длинных холодильных камерах хранились трупы. Несчастную жертву не стали доставать, а лишь приоткрыли ящик, чтобы я могла до нее дотронуться.

— Можно вас попросить принести воды? — обратилась к мистеру Солсбери, вышло слишком жалобно.