Зов сердца

Я вам друг, — миролюбиво пояснил мистер Торгест, откинувшись на спинку кресла.

«Ага, я прям так и поверила. Вижу, как хитро прищурился, гад». Но вслух произнесла:

— Мистер Торгест, на улице уже темно, а мой дом находится неблизко от полицейского участка. Буду вам признательна, если наш разговор окажется коротким.

— Я вас провожу, так что не о чем беспокоиться.

Оборотень покрутил головой и, не найдя того, что искал, поднялся и подошел к двери. Широко распахнул ее и громко сказал:

— Можно нам по чашечке чая с мисс Вейн?

— Конечно, — услышала голос мистера Джеффа.

— Благодарю. — Сыщик прикрыл дверь и вернулся за стол. — Расслабьтесь, мисс Вейн, а то так смотрите, словно я сейчас вас съем. Не переживайте, вы не в моем вкусе.

Я не знала, то ли выдохнуть с облегчением, то ли возмутиться. Такого пренебрежительного отношения никогда не встречала. Даже он не позволял себе подобного.

— Мисс Вейн. — Оборотень положил на стол руки, сцепленные в замок, и слегка наклонился вперед. — Что делает здесь видящая смерть и почему ее магия пропадает в Голстоне, а не развивается в королевской инквизиции, мы обсудим позже.

Ну и нахал! Обсудим... Да я ничего не собиралась обсуждать! Даже отец не смог меня убедить, а этот высокомерный выскочка тем более. Если бы не убийство, то моей ноги не было бы в полицейском участке. Сейчас я пожалела, что согласилась поехать на мельницу с мистером Кендалом.

Стоило подумать о дознавателе, как отворилась дверь кабинета.

— Давайте я вам помогу.

Подскочила, оставив сумку на стуле, и бросилась на помощь мужчине.

— Осторожно, мисс Вейн, чай горячий, — предупредил дознаватель и тише добавил: — Не спорьте с ним, оборотни очень властные.

— Я уже поняла, — буркнула в ответ.

Взяла аккуратно чашки, подошла к столу и замерла, раздумывая, куда поставить. Мистер Кендал не догадался захватить блюдца, а ставить горячее на стол из хорошего дерева было жалко.

Сделала глоток и едва удержалась, чтобы не скривиться: чай был ужасным. А вот оборотень не оказался таким скромным и громко произнес:

— Худший чай, что я пил когда-нибудь.

То ли меня так разозлил этот выскочка, то ли обидно стало за дознавателя, но промолчать не смогла:

— Отличный чай.