Сумеречные души

В голову лезли разные мысли, но среди них не было ни одной толковой, а попытки что-нибудь вспомнить заканчивались неудачей. Стало очень одиноко. Назойливая мысль о том, что я могу остаться здесь навсегда, была неприятна. Хотелось обратно вернуться в мир. К людям. К друзьям. К Райану.

«Мурро, наверное, очень грустит. Так плакал, когда прощался».

Я чувствовала вину за то, что детские слезы теплом отзываются в моей душе. Для мальчишки моя смерть — маленькая трагедия, а я, получается, радуюсь его страданиям. Но все же, понимание того, что ты стал столь важным человеком для другого, было безумно приятно.

А затем в голове промелькнули лица Арестея и Сэны. И пускай с последней мы были знакомы всего ничего, не хотелось ставить точку в нашем общении вот так. Я долго наблюдала за ней. Рассудительная. Собранная. Как зимнее солнце — греющая, но не обжигающая.

Арестей в этом плане был ее противоположностью. Рыжий и яркий. Легкий. Он — весенняя оттепель после долгой и холодной зимы. Наверное, долго будет винить себя, что не смог помочь.

Мне не хотелось быть причиной их скорби. Хотелось жить. Долго. Счастливо. И поэтому, несмотря на посещающие мою голову мрачные мысли, я не оставляла надежды и шла дальше.

И вот впереди что-то показалось, это придало сил. Мой шаг ускорился, иногда даже срывался на бег. Только чем больше я приближалась, тем разборчивее становилась картина впереди. Клетка. Знакомая, состоящая из света. Мужская фигура в ней. Сгорбленная. Уставшая. Скучающая.

— Быть не может.

Сидящий на земле Зульфагар подпирал голову рукой и от нечего делать посылал с кончиков пальцев маленькие разряды в стенку своей тюрьмы.

— Может, как видишь. Долго тебя не было. Думал уж, что заплутала.

— Петля? — упавшим голосом спросила я не то у него, не то у себя.

Захотелось разреветься подобно маленькой девочке. Догадка пугала меня, но сдаваться я точно не собиралась. Меня ждут, и я не могу подвести.

— Похож на то. — Он проследил за мной взглядом. — Эй, ты куда? Это глупая затея!

Я его слова проигнорировала и, обойдя клетку, направилась в левую сторону от нее. Где здесь восток, запад или север было сложно определить. Да и есть ли такие понятия в душе? Хотелось точно удостовериться, что куда бы я ни пошла, все равно вернусь в начало. На самом деле, хватило бы и первого своего пешего похода, ведь если существует петля, то она замкнута со всех сторон.