Дом на перекрёстке - 3. Под небом четырёх миров. Переиздание

— Это ты никак не понимаешь! — не менее эмоционально отвечал мне мой телохранитель, тоже дойдя до потери душевного равновесия. — Я тебя одну не отпущу. И вообще, я твоей матери дал слово, что не спущу с тебя глаз ни днём ни ночью.

— О господи! Да это всего на пару минут! Ну что ты устраиваешь трагедию? Я выйду на Землю, а ты в это время — в Лилирейю. Проверишь, что всё работает, и сразу же вернёмся назад. И почему одну? Я с охранниками выйду. Назура вот возьму, Тимара. Да хоть всех демонов.

— Нет.

— Я тебя сейчас стукну, — сердито выдохнула я.

— Я сказал — нет. Пусть Марс проверяет, он тоже из Лилирейи.

— Но Марс — собака. Понимаешь? Где у меня гарантии, что с собакой всё сработает так же исправно, как с людьми, тьфу ты, с… С разумными двуногими. Са́пиенсами[2], короче.

— Нет.

— Ы-ы-ы! — Я взвыла от злости, так меня достал этот спор. — Ну что ж ты такой упрямый и невыносимый?! Сил никаких. Жила же я как-то раньше, и всё со мной нормально, как видишь. И сейчас ничего не случится.

— Знаю я, как ты жила! — Лирелл тоже начал повышать голос. — Рассказали мне уже о том, ка́к спокойно ты жила, и о том, как совершенно ничего́ с тобой не случалось. Или напомнить, как именно, а точнее, когда именно проснулись твои способности? Или ты думаешь, я не вижу, как ты теряешься при возникновении опасности? Ты же совершенно не можешь себя защитить. Может, тебе напомнить ещё и вампиршу? В тот первый раз, когда я её увидел, она не довела тебя до обморока только потому, что я щит на тебя накинул.

— Фух. Дайте мне что-нибудь тяжёлое! Желательно сковородку и лучше бы чугунную! — Я скрипнула зубами и с кровожадным видом огляделась по сторонам. — Во-первых, тебя не касается, что со мной было и как. А болтунам языки бы поотрывать. Во-вторых, ты мне не муж, не жених и не брат, и нечего мною командовать. И в-третьих, почему молчал про вампиршу?

— А я не обязан перед тобой отчитываться! Моя задача — беречь тебя, чтобы с тобой ничего не случилось, а не давать отчёт о методах, которые я применяю.

— Вик, не надо сковородку, — попытался выступить в роли миротворца Тимар. — Очень уж у тебя рука тяжёлая. Я до сих пор помню, как в голове гудело. Эрилив ведь как лучше хочет.

— Тим, не зли, — рыкнула я на оборотня, и он миролюбиво поднял руки ладонями вверх, словно защищаясь.