Душа из света и дождя

Если твоя магия, которой ты так гордишься, ему поможет – значит, Кейман Крост не зря повел себя, как скотина. Ну а если ты причинишь и без того умирающему человеку еще больше боли… посмотрим, сколько в тебе останется самоуверенности и спеси.

Я открыла было рот, чтобы возразить, но лекарь жестом заставил меня умолкнуть.

- Если справишься – я подумаю, чтобы допустить тебя к пока еще живым подопечным. Если нет – ноги твоей не будет в лекарском доме, пока я жив. Наслаждайся. Что ты так на меня смотришь? Я обещал твоему магистру, что ты не будешь работать с дурацкими бумажками.

Я не обещал, что будет легко.

С этими словами лекарь развернулся на каблуках и стремглав куда-то унесся, оставив меня в полной растерянности стоять у дверей безымянной палаты. Рифкин не объяснил ничего!

Что мне делать? В сознании ли пациент? Какие именно ожоги у него, от чего? Что делать, если ему станет плохо или он умрет? Да как так можно-то?!

- Спокойно, Коралина. – Я заставила себя выдохнуть.

Дарка я вылечила. А его Кейман тоже называл без пяти минут мертвецом.

Дарка, Мориса – неужели не смогу хоть немного помочь бедолаге в палате? Соберусь и смогу. Для этого меня сюда прислали. Для этого существует моя сила. Это единственный способ оправдать свое существование в облике девушки, чью жизнь я украла.

Дрожащей рукой я толкнула дверь и вошла в наполненную запахами лекарственных трав и зелий палату.

При виде лежащего на кровати человека сердце – если оно у меня вообще было – остановилось.

Я знала его.

Видела так часто, что сны и явь смешались.

- Гидеон, - сорвалось с губ против воли.

С трудом умирающий мужчина повернул голову. Затуманенные болью и усталостью глаза на миг прояснились.

- Коралина… девочка моя. Ты пришла.

Я даже не помню, как выскочила из палаты, лишь холодная стена, к которой я прислонилась, немного отрезвила. Перед глазами мельтешили разноцветные пятна. В ушах шумело.

Какая-то шутка. Издевка судьбы, или, что вероятнее, лекаря Рифкина. В то, что Кейман мог так поступить, я не верила.

А вот проучить меня – логичная реакция на давление. Но это уже перебор.

Лекарь Рифкин не успел далеко уйти, я нагнала его у лестницы и, сама поразившись дерзости, преградила путь.

- Ну что еще? – с раздражением спросил мужчина.

- Это Гидеон… - Я поняла, что не знаю его фамилии. – Я не могу за ним ухаживать!

- И почему же? Напоминаю, Рейн, что пациенты – бесполые существа. Стеснительным и брезгливым среди лекарей не место.

- Дело не в этом. Мы знакомы.