Случайностей не бывает

Рассказать так, чтобы психически здоровый человек в это поверил и остался психически здоровым человеком.

Сначала Яна слушала, зажмурившись и не заткнув уши только потому, что ее руки держали Дух и Артем. Потом она открыла один глаз, потом другой, но в ее глазах плескалось безумие. Когда все, и убеждающие и убеждаемая, порядком устали, случилось то, что, по мнению Артема, должно было размазать остатки разума Яны по поверхности слона.

Бимбо застрекотал, трагически закрыв маленькой ладошкой глаза, показывая, что больше он не вынесет ни слова о скрепке, которая на самом деле Андрей, а Махараджа закинул на спину хобот, нащупал капюшон Яны, поднял ее, перенес к морде, так, чтобы он мог смотреть ей в глаза, и спросил трубным насморочным голосом:

– Тебе еще раз повторить?

– Нет.

Махараджа вернул ее на попону.

– Ну и что мы будем делать? – спросила она совершенно спокойно.

*****

– Никотиныч. Мы. Идем. Вместе.

Артем уже понял: когда Яна говорила с точками, спорить было бесполезно. Помочь мог Махараджа. Не красноречием, а хоботом. Но он слушался только Бимбо, а Бимбо в первые же пять минут после того, как Яна пришла в себя, был накормлен жвачкой, поглажен, пощекочен, поцелован и пребывал в состоянии влюбленности.

Табачный Дух, привыкший к тому, что его почтенное мнение возрастом в триста лет окружающими принималось к исполнению точно и молча, все еще пытался спорить, каждый раз выкашливая дым, когда Яна называла его «Никотинычем».

– Послушайте, девушка, мы не экскурсоводы. Мы вас Туда провожать не обязаны, нам за это не платят, между прочим. Я вам еще раз повторяю, отпустите моего помощника и проследуйте к ближайшей станции метро. И вы приедете Туда самостоятельно, мы же вам столько раз объясняли…

Схватить Табачного Духа Яна не могла, поэтому в заложники был взят Артем, которого Яна крепко держала за лямку рюкзака.

– Никотиныч, вы меня, между прочим, взорвали, и вы мне оба теперь должны по гроб жизни. – Яна посмотрела на Табачного Духа. – И за гробом тоже, ты, дым над водой. Так что давайте, ведите в это свое Куда. Пока я тебя не проветрила, как уборщица курилку.

– Да не Куда, а Туда, – устало повторил Дух. – И прекратите меня так называть. Это… это невежливо!

– Как называть?

– Как вы называете.